Война на Дунае

Но потом потихоньку, потихоньку, и как-то вот выскребся с Божьей-то помощью. Сами видите, живой перед вами стою, только вот худоба с тех пор у меня не проходит. А так-то я крепок в парнях был.

– Так ты, Елизарка, где же тут подвалы-то в поле видишь? – насмешливо спросил Южаков. – Всех, кто животами мается, к Измаилу нынче отправляют, чтобы они там с киркой в руках от медвежьей болезни избавлялись. Говорят, всё махом у них сразу проходит.

– Да иди ты, балабол! – отмахнулся Калюкин. – Я вообще не тебя сейчас спрашиваю, а Нестора.

Он-то уже скоро месяц, небось, тут лежит, все порядки уже местные вызнал. Не то что ты с нашим капралом. Вам царапины спиртусом пролили, шкуру хомутной нитью прошили и в роту обратно загнали.

– Да мы сами с Лукой Назаровичем тут оставаться не захотели! – выкрикнул оскорблённый Южаков. – А так-то нас тоже хотели сюды надолго упечь! Насилу от лекарей вырвались! А то выгнали! Конечно! И никто нас вовсе даже не гнал!

– Тихо ты, Ванька, не ори! – зашикали на гоношистого егеря товарищи.

 – А то и правда кто из врачей услышит, беги потом со всех ног! Рассказывай, Нестор, а то перебивают тут всякие дурни.

– Ну-у, насчёт подвалов да, такого тут, конечно, нет, – откашлявшись, солидно продолжил прерванный рассказ Лошкарёв. – А вообще зря вы, братцы, над Елизаром смеётесь. Во-он там, – кивнул он в сторону палаточных рядов, – на самом отшибе гошпиталя, у оврага, стоят три чёрного окраса шатра, кара… каратин… карантинные. Во как! Карантинные их тут называют.

Вот туда-то, говорят, и сносят всех тех, кто совсем ослаб от такого дурного дела, про которое только что Калюкин рассказывал. Лекарь у нас есть, Мазурин Акакий Спиридонович, который за нами, за егерями приглядывает, так вот он говорит, что госпитальные врачи очень сильно морового поветрия боятся. Дескать, скученность народа у Дуная сейчас очень большая, а где много людей, там ведь всегда грязь, да и Измаил этот, тьфу на него, совсем с нами рядом, а там сколько же народа было побито при штурме, да ещё и коней. Вот и может чума опять разразиться, а это ведь, братцы, жуть как опасно! Вона как она в первопрестольной в прошлую войну-то погуляла. Половину жителей в ней выкосила. Тьма народу потом по всем губерниям от этой чумы вымерло. Вот оттого и смотрят за такими, у которых жар, и ежели с брюхом нелады."

"– Ну да, у нас-то вон давно уже всю воду в полку кипятят, и за чистотой рук на трапезе приглядывают, – изрёк важно Купин.