Зато «ишачок» при низковысотной штурмовке может запросто простегать из курсового пулемета залегшую стрелковую цепь, чем вызовет небывалое «оживление» у малограмотных и суеверных османских аскеров.
Но это не все. Одновременно с началом наступления на вершине фракийского выступа у самого его основания третья болгарская армия и шеста армия генерала Реннекампфа форсировали Марицу в ее нижнем течении и начали свое продвижение к Чаталжинской линии, в обход основной и резервной группировки турецкой армии.
При этом утром второго дня наступления, когда русско-болгарская группировка достигнет траверза Галлиполийского полуострова, от нее отделится шестнадцатый армейский корпус, в задачи которого входит последовательное овладение европейским, а потом и азиатским берегом пролива Дарданеллы. С моря ее в этом будут поддерживать дальнобойные десятидюймовые орудия линейных крейсеров адмирала фон Эссена, рассчитывающего быть у места событий ровно через шесть суток – то есть ровно в тот момент, когда туда должны подойти армейские части.
Выполнить эту задачу несложно. Турецких частей на полуострове считай что и нет, поскольку султан соскреб воинские части со всей Турции, чтобы прикрыться ими в Стамбуле, да и личного состава на береговых батареях тоже осталось только половина. Лучших из лучших артиллеристов забрали на Чаталжинский рубеж, потому что прежде у сербов и болгар флота в Средиземном море не было вовсе, а греческий флот турки уже немножко били (правда, греки уверены, что все было наоборот).
Впрочем, если навстречу русским убийцам торговли выползет турецкий антиквариат времен прошлой войны, то существовать допотопным турецким крейсерам «Мессудие» и «Ассари Тевфик», и также новенькому броненепалубнику американской постройки «Меджидие» останется ровно до того момента, пока русские артиллеристы не возьмут их под накрытие. Но это едва ли случится, ведь ходить в самоубийственные атаки совсем не в турецких традициях.
8 сентября 1908 года, Болгария, Одрин (Адрианополь-Эдирне), крепость.
Генерал-полковник Вячеслав Николаевич Бережной.
Четверо суток сплошной, ни на минуту не прекращающейся бомбардировки крупнокалиберными орудиями сделали свое дело. Турецкие укрепления были разбиты, но, самое главное, в прах был вбит боевой дух турецких аскеров, которые думали, что заняли неприступную позицию, а вместо того оказались в роли безнаказанно расстреливаемой мишени.
