Взлом последнего оборонительного рубежа перед Стамбулом по плану генерала Бережного и адмирала Ларионова должен быть произведен исключительно при помощи огня морской и армейской артиллерии, без участия осадных гаубиц и мортир. Все необходимо закончить еще до начала осенних дождей. Одновременно в тылу Чаталжинской позиции планировалась высадка морского десанта, который окончательно опрокинет правый фланг турецких войск и позволит русским армиям широким обходным маневром взять врага в кольцо, не позволив ему отступить в Стамбул.
И той группировки османских войск, что там уже есть, и так более чем достаточно для создания изрядной головной боли. Морская пехота, которая провернет это лихое дело, уже погружена на десантные транспорты и разные вспомогательные суда, в любой момент готовые выйти в море. А что касается султана Абдул-Гамида, то его к началу Босфорской наступательной операции следует снять с карты и отправить к высшему судии объясняться за множество своих преступлений.
Для этого у русского командования тоже все уже готово. Необходима только последняя отмашка императора Михаила.
12 сентября 1908 года, поздний вечер. Санкт-Петербург. Зимний дворец. Готическая библиотека.
Присутствуют:
Император Всероссийский Михаил II;
Замначальника ГУГБ – генерал-лейтенант Нина Викторовна Антонова;
Будущий наместник Зоны Проливов – подполковник ГУГБ Мехмед Ибрагимович Османов.
– Итак, господа, – сказал император, окидывая своих собеседников тяжелым взглядом, – дело в Проливах вышло на финишную прямую.
Уже завтра начнется завершающий этап операции, и в связи с этим у меня к вам есть один вопрос. Должны ли мы во избежание негативных нюансов превентивно лишить жизни турецкого султана Абдул-Гамида, или есть возможность оставить все как есть, избежав при этом тяжких последствий в виде ожидаемого нами геноцида христианского населения?"
"– Избежать геноцида или его попыток вряд ли удастся, – покачал головой будущий наместник Зоны Проливов.
Турки вполне успешно резали иноверцев до султана Абдул-Гамида, при нем и после него, в том числе и при так называемых «демократических» режимах. Что поделать, если такой метод борьбы за идейную чистоту рядов был изначально заложен в код турецкой нации, и за время существования османского государства уверенность в праве на резню неверных только окрепла.
