С учетом сосредоточенных в районе Бургоса резервов (четвертой болгарской армии, а также русских дивизий, россыпью прибывающих по железной дороге из Галиции и восточной части Венгрии) этот десант представлял собой не меньшую, а может, даже большую угрозу, чем прорыв Чаталжинского рубежа.
В ночь с тринадцатого на четырнадцатое сентября обстановка севернее Стамбула обострилась еще больше. При неверном свете луны (фаза 3/4), взошедшей за полчаса до полуночи, морпехи царя Михаила внезапными атаками с тыла последовательно овладели всеми береговыми батареями на румелийском (европейском) берегу пролива.
Сначала по открытым всем ветрам орудийным дворикам и капонирам открывали шквальный огонь минометы. Потом в отчаянном неудержимом порыве «урус-шайтаны», с ног до головы одетые в черное, с яростным криком «полундра» бросались на штурм, без пощады пуская в ход пулеметы Мадсена, ручные гранаты-македонки, пистолеты-пулеметы Федорова и в самом конце – штыки винтовок, ножи и саперные лопатки.
Выживших среди турецких топчу (артиллеристов) обычно не оставалось. Противостоять в ближнем бою этим детям Иблиса они были не в состоянии, а пленных в ночных атаках попросту не брали.
И сразу после этого, на рассвете четырнадцатого числа, все три русских броненосца и четыре канонерские лодки снова объявились у горла Босфора, с безопасного расстояния обрушив огонь своей артиллерии на передовые форты азиатского берега. Артиллерия в этих фортах у турок ничуть не превосходила установленную на батареях в Дарданеллах, и русское сорокакалиберные двенадцатидюймовки переплевывали по дальности совсем устаревшие пушки Круппа на шесть-восемь километров.
Да и сами батареи оставляли желать лучшего. Кое-где облицованные камнем земляные фортификации фатально устарели, не будучи способными противостоять огню современных орудий. А это уже означает безнаказанный расстрел, который не лечится, тем более что огонь пока велся только по батареям Рива, Юм-Буруну и Эльмон, прикрывающим участок черноморского побережья, примыкающий к Босфору.
Сразу после их подавления на песчаных пляжах западнее устья речки Чаякзы планировалось высадить оставшиеся две бригады из корпуса генерала Бережного. Как только это произойдет, на азиатском берегу повторится то, что уже произошло на европейском – то есть захват с суши основных турецких батарей, расположенных в глубине пролива."
"А Османская империя в это время напоминала курицу без головы.
