Но ты только подумай о том, что бы творили на французской земле боши, если бы пришли к вам одни, не будучи взнузданными союзническими отношениями с Россией…
– Наверное, ты прав, дорогой, – ответила Мари Бонапарт, – просто мне как-то не по себе от мысли, что моя Милая Франция должна будет исчезнуть, без остатка растворившись в непонятном мне Континентальном Альянсе.
– Знаешь, я тебе, конечно, сочувствую, – сказал Георг, – но сейчас меня больше интересует то, зачем на самом деле нас пригласили на эту встречу.
Насколько я знаю своего двоюродного брата, – кивок в сторону императора Михаила, – сейчас он должен сделать нам предложение, от которого мы ни в коем случае не откажемся. Есть у него такая привычка.
– Да, – сказал император Михаил, – есть у меня к тебе такое предложение. Точнее, к тебе и твоей супруге, потому что работать эту роль вам придется семейным подрядом – как королю и королеве…"
"– Надеюсь, что речь не идет о том, чтобы свергнуть с трона моего отца? – сказал Георг.
– А то я знаю вас, русских. От турецкого султана, говорят, даже трупа не осталось для пристойного погребения.
– Нет, – покачал головой Михаил, – твоему отцу ничего не угрожает, как и твоему брату. Ведь они и мои родственники тоже, разве ты забыл? Лишить их власти и попытаться заставить осознать свои ошибки я еще могу, а вот планировать их убийство и сам не буду, и другим не посоветую.
Когда-нибудь потом, когда дядя Георг осознает всю глубину своего падения, то он сам назначит тебя своим наследником вместо Константина. И это может произойти только так, и не иначе. Сейчас речь пойдет о другом. Малоазийские территории с подавляющим греческим населением, которые мы планировали передать в состав греческого государства, а также захваченные нашими флотскими десантами острова в Эгейском море, ныне остались бесхозными.
Мне в Российской империи они не нужны, и делать из них германскую или британскую колонию я также не намерен. В эту же кучу можно добавить находящийся под международным протекторатом остров Крит, турецкий суверенитет над которым растворился в воздухе. Все это вместе я планирую назвать «королевством Понтийская Греция», вручив бразды правления над этими территориями тебе и твоей очаровательной и очень умной супруге.
