Клим направился к своим бойцам, а Корнилов повернулся к Васькину:
– Что эксперты?
– Стреляные гильзы от «калашникова». Два брошенных гранатомета. Все номера спилены, но Костя сказал, что есть вероятность их прочитать.
Костя, один из лучших экспертов управления, ошибался редко.
– А что произошло на Ленинском?
– Вы уже слышали?
– По радио.
– Там была жуткая авария и перестрелка, – медленно сообщил Васькин. – Три машины, одиннадцать трупов. Есть интересный фактик.
– Излагай.
– Большинство убитых на Ленинском были одеты одинаково: черные кожаные штаны, жилетки и красные банданы.
– Байкеры? – удивился майор."
"– Не знаю. Но интересно другое. По словам здешних очевидцев, нападавшие были одеты точно так же. Все в черном и с красными повязками.
– Гм… – протянул Корнилов. – Кстати, какая из перестрелок произошла раньше?
– Не знаю, – нахмурился Васькин.
– Выясни. – Корнилов вновь посмотрел на здание. – Значит, говорят, что ничего не было?
Наступив на поверженные золотые буквы «Inc.
», полицейские прошли сквозь остатки ворот и оказались во внутреннем дворике.
– Неплохо, – оценил Корнилов, – совсем неплохо.
Выложенный мраморными плитами и освещенный изящными фонарями дворик был очень аккуратен. В небольшом фонтане журчала вода, высокие стены увиты плющом, пейзаж дополняли ухоженные газоны и несколько удобных скамеечек. Все выглядело как-то не по-настоящему, словно на картинке. Если бы не останки грузовиков у главных ворот, в этом дворике жалко было бы даже плюнуть.
А так – нет.
Корнилов сплюнул и нехотя проворчал:
– Что-то непохоже, чтобы здесь была перестрелка.
Ответить Васькин не успел.
– Мы же договаривались отложить беседу до утра! – Навстречу полицейским шагнул высокий рыжеволосый мужчина в темном костюме-тройке.
– А я ненадолго. – Не обращая на него внимания, майор откровенно осматривался. – Майор Корнилов, криминальная полиция.
Он привычным жестом вытащил из кармана жетон и небрежно помахал им перед носом рыжего.
– Франц де Гир, начальник охраны.
– Иностранец? – поинтересовался майор.
– Папа был иностранец, а я наш, русский, – сообщил де Гир с ярко выраженным макленбургским акцентом. – Кстати, я уже говорил вашим помощникам, что знаю очень мало. Удивление, которое вызвала у меня эта хулиганская выходка, трудно передать словами.
– А вы попробуйте, – проворчал Корнилов.
– Четыре «КамАЗа», – перейдя на деловой тон, сообщил де Гир, – врезались в наши ворота.
