Нет больше глупости, чем братоубийственные войны! Поняла меня?
— Да, поняла. И что же ты тогда собираешься делать?
— Что делать? То же самое, что и делал раньше. Ты, конечно, предлагаешь отвратительные вещи… Но в целом ты права, Максима в итоге придётся убить. Не похоже, что я смогу его склонить на свою сторону. Эх… А ты сама-то как, подумала над моим предложением?
— Подумала. Я готова поддержать тебя. Но у меня есть ряд условий.
— Внимательно слушаю.
— Я хочу, чтобы меня называли «Императрица-Мать». А остальных трёх всего лишь «вдовы императора».
— Без проблем. Далее.
— Хочу пособие в размере половины процента от годового ВВП Империи.
— Это слишком много, матушка! Побойся Богов!
— Это моё условие.
— Пока на паузу его. Что-то ещё?
— Да! Я хочу, чтобы ты отдал мне Новосибирскую Губернию! Переименовал Новосибирск — назвал его в мою честь! И обязал всех аристократов раз в год прилетать в Ариноград и выказывать почтением Императрицы-Матери.
— Хм… Звучит сложно.
— Я помогу тебе всем, чем смогу! Поддержу сильнее, чем поддерживала Алексея!
— Идёт.
Но пособие будет в десять раз меньше, чем ты просишь. Аристократы-паломники и так будут содержать твой город.
— Пусть так! Значит, мы договорились?
— Договорились, моя милая матушка.
Спустя пару минут этот телефонный разговор был закончен.
Царевич несколько секунд задумчиво разглядывал портрет Арины — на стене его кабинета имелись портреты всех членов семьи.
А затем громко рассмеялся.
— Хо-хо-хо! Вот ведь взбалмошная дурёха! Чтобы управлять ей, никакой магии не нужно! Отец… если бы ты думал головой, а не головкой и мускулами, легко бы справился с ней.
Он усмехнулся и перевёл взгляд на портрет Александра. Несколько секунд молчал, а затем обречённо покачал головой:
— Что ж ты, братец, сдохнуть-то решил? Самопожертвование? Думаешь, теперь мы её отпустим за ненадобностью?"
"Он хмыкнул и резко поднялся из-за стола.
— Ладно, всё это потом… Пойду-ка я лучше Женьку навещу.
* * *Мой меч пронзил грудь царевича Александра.
Пламя медленно исчезало, вокруг поля боя царила давящая тишина.
Пусть от меня до зрителей было довольно далеко, я отчётливо чувствовал их изумление. «Облако» этой массовой эмоции было ещё более плотным, чем в тот момент, когда я объявил, что желаю дуэль до смерти.
А затем полыхнуло мощной Жаждой Крови.
— САНЯ!!! — во всю глотку заорал граф Афанасьев и рванул в нашу сторону.
Юрец услужливо показывал картинки — вслед за графом и гвардейцы Александра ринулись вперёд, готовые к бою.
