— Но я тебя разочарую. То, о чем я попрошу, не предполагает твоих прикосновений ко мне.
Во мне вспыхивает надежда.
— Точно?
— Точно. И я не буду тебя касаться. Конечно, если ты сама не попросишь.
Вот этого совершенно точно не будет!
— Ну, тогда говори.
Терять мне все равно особо нечего. А он, насколько я успела понять, держит свое слово. В отличие от меня.
— Я хочу посмотреть, как ты мастурбируешь, — произносит Волчара.
— Ч-чего?
— Делала это когда-нибудь?
— Нет!
— Не верю.
Ну, делала.
Но тебя это не касается!
— Давай.
Сделай это. Доведи себя до финала, кончи у меня на глазах — и я тебя отпущу. И даже пальцем не трону.
21
Яна"
"Псих. Он точно псих. Требовать такое… Зачем вообще ему это нужно?
— Н-нет… — лепечу я. — Я не буду этого делать.
— Как хочешь.
Волчара резко отодвигает в сторону журнальный столик. Шахматы летят на пол. Он дергает за ножку стула и придвигает меня к себе.
Мгновение — и моя юбка уже задрана.
— Стой!
Я вцепляюсь в подол руками и прикрываю себя.
— Что такое? — спокойно спрашивает Волчара.
— Псих… — шепчу я.
— Ты должна мне.
— Я сделаю это!
— Что?
— То, что ты хочешь.
— Я много чего хочу…
— Я буду мастурбировать у тебя на глазах.
А что мне остается?
— Прекрасно.
Волчара откидывается на диване. Разваливается, как перед телевизором. И таращится на меня.
— Извращанец!
— Ты тоже.
— Я?
— То, что ты сейчас будешь делать… У меня на глазах… Ты — испорченная девчонка.
— Заткнись, — бурчу я. — И развяжи мне ноги.
— Зачем?
— Они затекли! Мне неудобно!
— Моя ты бедная Зайка.
Прости.
Он опускается на колени перед стулом. Распутывает какие-то кожаные жгуты на моих щиколотках. Растирает их.
— Не трогай меня! Ты обещал!
— С момента, как ты начнешь трогать себя, я перестану.
И он целует мою лодыжку.
Я засовываю руки под юбку.
— Я начала!
— Я хочу видеть.
— Нет! Про это договора не было. А ты же всегда придерживаешься договоров? Ты же человек слова. Мужик.
Я специально все это говорю. Потому что… Ну, под юбкой я еще могу как-то… Но, чтобы он видел… Я на такое просто неспособна!
— Ладно.
— Волчара отодвигается от меня. — Советую тебе пересесть на диван. Там мягче и удобнее.
— Обойдусь без твоих советов!
Я все же пересаживаюсь. Потому что от этого стула у меня затекла спина.
— Давай, детка.
Моя рука под юбкой. Прямо там. Где все уже давно мокро… Почему? Я не знаю! Это все Волчара. От него исходит что-то такое… бешеное. Мужское. Что действует на тебя, даже если ты хочешь.
Мои щеки пылают.
