Волчье кладбище

Рыщет надломленные души, только бы потянуть из слабого тельца.

– Миссис Вайтенхоу, что вы такое говорите!

– Я всегда говорила, что он похож на дьявола в рясе. Слышала, убийца тоже был в рясе, в крови своей жертвы.

– Миссис Вайтенхоу, как вам не стыдно! Он священник!

– И что? Как будто священники не дышат воздухом. У него такие же беды, как и у всех! Да и крест из его подвала взят, тот, на котором распяли. Совпадение ли?

– Ну, знаете, миссис Вайтенхоу!..

– О, мистер Секвойя пожаловал. Говорят, не просыхает нынче…

– Тео его собаку съел.

Я сама слышала.

– Нет, кота. Собака была мистера Дарта.

– Нет, это была чужая собака…

Несколько головок в шляпках, завидев меня, поспешно отворотили предательский румянец. Мои милые кошелёчки зашлись стыдом. Поглядим завтра вечером, как их благочестие заквасится в винный перегар.

– Не новая ли это миссис Кочински? Вон там, со скарабеем на лацкане?

– Молодая жена всегда к несчастью.

– Боже, как она красится! Где только её манеры!

– Помилуйте, но это же не скарабей, а моль какая-то.

Скарабей гораздо толще, а крылья у него не такие длинные. Мой Артур привёз мне книгу о скарабеях после службы в Египте.

– Да, со вкусом плохо у малышки. А сколько лака в волосах!..

Доктор Шоннеси откашлялся и пригласил первого свидетеля. Хиксли настоял, чтобы это был Адам. Мой друг протиснулся сквозь толпу, поправил очки и напустил на себя важный вид. Нет смысла пересказывать в подробностях.

Адам поведал, как мы услышали крики, находясь в подвале церкви, как побежали в лес и обнаружили тело.

Упомянул о Диксоне и его словах. Последнее произвело впечатление на женщин в зале, но не на коронера. Хиксли поблагодарил Адама.

Отец Лерри в сущности повторил всё вышеизложенное, добавив, что знает Диксона много лет и что это человек чести. В конце Лерри рассказал, как в день убийства рано утром к нему прибежала Шивон с опухшими от слёз глазами. Она боялась идти домой и хотела укрыться в церкви, но отец Лерри, успокоив бедняжку, посоветовал ей идти к отцу и сестре, чтобы не волновать их.

Лерри обещал поговорить с Милеком Кочински и его сыном. Разговор случился вечером, но продлился всего несколько минут. Кочински привёл сына на исповедь, чтобы тот покаялся, но Тео лишь рассмеялся священнику в лицо и плюнул в сторону алтаря, после чего ушёл.

– Мог бы и не озвучивать последнее! Про мёртвых такого не говорят! А ещё сутану напялил!

– Миссис Вайтенхоу, прошу вас, уймитесь!

После Лерри давал показания Милек Кочински.