Волчье кладбище

Он увидел из коридора сидящего на окне Мэтью, тотчас влетел в комнату и столкнул его. К счастью, Мэтью выжил.

Позже Гарри перевернул комнату Мэтью в надежде отыскать злосчастную бумажку.

Но ему не пришло в голову отыскать её в учебнике, который он сам же и украл.

– Дело закрыто, – сухо бросил Хиксли. – Всегда ненавидел католиков. Да, надеюсь, мистер Карлсен, вы не рассчитываете на такой скандал в газетах, как обштопанная иностранным студентом полиция?

– Ни в коей мере, суперинтендант, – сказал Адам. – Я – лишь поплывший в разуме иностранец, которого огрели по голове.

Хиксли довольно кивнул и вышел из комнаты.

– Вам нужно отдохнуть, – сказал Секвойя, поднимаясь с моей кровати. – Пойдём, сын.

Питер вышел в обнимку со своим стариком.

Дарт потирал щетину на подбородке.

– Я благодарен вам, мистер Карлсен. И всё же не пойму, кто же взломал наш архив и с какой целью…

Адам поспешил достать из-под матраса снимок.

– Не говорите, что это были вы, – сказал Дарт, беря в руки фотографию. – Что это? Топор?

– Это был не я, – ответствовал Адам.

 – Но согласитесь, что видеть этот крест даже на старых снимках желания теперь ни у кого не возникнет.

Дарт туго соображал, хмурясь неясным своим мыслям. Он встал.

– Конечно, конечно… – устало ответил Адам.

Когда дверь за Дартом закрылась, Адам резко открыл глаза. Я присел. Слов не подобрать для выражения чувств, что во мне теплились при взгляде на этого здорового и в трезвом уме безумца.

– Но почему Джо-то не сказал, что окровавленный рукав был правый? – спросил я.

– Джо не обратил внимания, что пятно не на том рукаве. Его занимал лишь тот факт, что теперь у него было что предъявить против Робина.

– Постой! А деньги? Украденные из конверта у Дарта?

Адам хмуро посмотрел в окно.

– Я могу ошибаться… – сказал он. – Но не думаю. Дарт очень предан Роданфорду. Он исполнителен, но у него своя голова на плечах. Свой взгляд на вещи. И возможно, идея отнести сорок фунтов леснику показалась ему неправильной.

– Он сам взял эти деньги?

– Только чтобы оставить их в университетском бюджете.

Я думаю, он был готов уговорить Диксона на словах. Его убедительное внушение способно порой произвести впечатление даже на деревенских. Деньги, как я думаю, он решил вернуть в ящик стола или ещё куда, но обязательно должен был от них избавиться, чтобы они не жгли ему карман. Довольно распространённый психологический ход. Это как если ты вышел читать наизусть поэму. Ты прекрасно её прочтёшь, если будешь доверять памяти.