Волчье кладбище

Мэтью сидел неподвижно, боясь удара верзилы, но обошлось.

Мэтью дали роль императора. Хоть на сцене его поросячье величество приобрело вес в обществе.

Всё-таки был кое-кто хуже Тео. Тот по натуре пакостил. Но что делал Гарри? Копировал Тео. Без таланта. Без азарта. Без стиля. Глупость и слепота опаснее зла бывают, дед говорил. А Гарри ещё и выглядел, как мешок с дерьмом. Нельзя описать его более привлекательными словами.

После ужина мы до полуночи сидели за учебниками. До завтра нужно было эссе на латинском изобразить.

Обычно я неплохо справлялся с писаниной. Препод сказал, у меня неплохие сравнения попадаются. Однако в этот раз не клеилось что-то. Тема была странная. Описать какое-то своё потрясение и использовать как можно больше сравнений и прилагательных. Разумеется, на латыни. Для сочинения тема убийства сама шла на ум, но я не настолько бесноватый, чтобы таким порочным путём идти.

– Может, самим спросить Дарта, зачем он в сторожку сворачивал?

– Это будет последнее, на что он нам ответит, – сказал Адам.

Что он там описывал, какое потрясение, ума не приложу. Чем можно потрясти Адама? Всё равно что заставить воду бояться льда. Вспомнилась ночная гостья. А что ещё я им предложить могу? Не сказали же, что потрясение должно быть только неприятным.

Я принялся за подробный очерк на тему «итальянской проститутки в холодном английском сумраке». Опишу, думаю, языком Калигулы, как сильно я был взволнован этой встречей. Интересно, как по-латыни будет «третья нога»? Если это прочтёт Дарт – а он любит копаться в чужих мыслях, как бы по роду своей деятельности, – то вызовет на ковёр, чтобы я заткнул свой шотландский рот.

Ещё час я пытался совладать с латынью. Ночная волчица из Древнего Рима наполняла собой мой романтический очерк, такая близость постепенно убаюкивала, меня здорово клонило ко сну. Но какая же она была волчица? Оленёнок в лоснящейся шкурке. Уж точно не от сладкой жизни выть пошла. Она была напугана. Она искала убежища…

Это случилось во втором часу. Я пробудился от какого-то звука и тут же сел в кровати, взглянул на часы.

Небо заволокло тучами, и в открытом окне шелестел холодный дождь. Наверное, что-то с улицы послышалось, что я проснулся, какая-то птица кричала. Я улегся обратно, подобрав с пола скинутое одеяло. У другой стены Адам тихо посапывал. Через минуту я услышал какой-то скрип, доносившийся из-за двери, а затем лёгкий стук. Кто-то осторожничал. Я встал и подошёл к двери, затем неслышно приотворил её и высунул голову.