Волчье кладбище

Выглядываешь ночью в коридор, а там – мистический портал! Постоянно кто-то в коридорах прячется. То прекрасные девы, то привидения.

– Я ничего не выдумываю, – почти обиделся я.

– Подумай, Макс! Может, это твои сны такие реальные, что по ночам по коридорам скачут?

Сам себе поражаюсь, но я над этим задумался, пока мы плелись к цели.

При виде сторожки Адам присел за дерево и велел дальше на четвереньках пробираться. В окне маячила фигура Диксона с тарелкой в руках.

– Я спрячусь за углом дома, а ты беги в сторону.

– В какую? – спрашиваю.

– В любую. Подальше куда-нибудь. Спрячься и изображай барана.

– Как я тебе его изображу?

– Всё равно как. Ты только спрячься, ладно? А то и тебя подстрелят.

– Да у него ружья всё равно нет, – сказал Адам ровно. – Максимум с дубинкой кинется. А теперь иди и блей, но негромко. Пусть думает, что ты далеко.

И вот я отправился в очередной унизительный цугцванг, чтобы только дать Адаму его выверт сделать. Я спрятался за более-менее плотным стволом дерева, уйдя на приличное от домика расстояние, и постарался негромко проблеять.

Получилось, как мне кажется, недурно. Я повторил. Затем ещё раз. На четвёртом бараньем псалме вышел Диксон.

Прятаться следовало с особой осторожностью, ведь у Диксона зоркий глаз был. Лесник долго всматривался в гущу деревьев. Меня радовало, что в руках его ничего не было. Я молчал, выжидая его дальнейшие действия. Как только я понял, что идти он не намерен, проблеял как можно тихо и кротко. Наконец, он двинулся, не спеша, в мою сторону.

Минуты три он просто водил глазами. Я старался слиться с пейзажем, затаивая дыхание.

Ещё пару минут лесник рыскал взором, как вдруг резко двинул обратно к домику. Указаний на этот случай я не получал. Я громко проблеял, но и это не остановило Диксона. Он вошёл в сарай с торца и достал оттуда двустволку. Дед говорил, охотники часто приматывают ножи к щиколоткам, а мозговитые лесники имеют наготове ружья, запрятанные от чужих глаз, на случай, если волк появится.

Диксон засеменил обратно ко мне.

По дороге смачно высморкался. По гланды мне весло кайманово! – как сказал бы в такой ситуации Горден. Мне удалось отступить на десяток ярдов, оставаясь в тени. Диксон пальнул в воздух. Баран должен был испугаться и бежать. Но я лишь резко упал и к земле прижался, разодрав о дерево ключицу. Птицы в кронах возмущённо вспарили. Игра мне порядком осточертела. На втором выстреле я подскочил и дал дёру.

Ничего за бегством моим не последовало.