Волчий билет

Вернулся, сел за стол, напротив Егора, уставился на него, в ожидании.

– Короче, – поставив локти на стол, придвинулся Егор ко мне поближе и заговорил вполголоса, как заговорщик, – Поступила нам команда, сам знаешь откуда, тебя сломать, выбить показания любой ценой, вплоть до того, что опустить тебя, работа у нас такая, должен догонять, что к чему. Но я знаю, что ты нормальный пацан, потому не трону больше, если только так, для вида, коли наседку какую подсадят новую. Поэтому я тебя разукрасил, а мусорам скажу, что ты не ломаешься, что я могу поделать.

– Валиев? – спросил я.

– Да, – кивнул он, – Кушать будешь?

– Нет, спасибо, за все, я полежу, – встал, лег обратно, надо было подумать, есть над чем.

Самое главное – взяли ли они Володю, или разводят меня. А если взяли – то заговорил ли он.

– Слушай, – приподнялся я на локте, в сторону Егора, непривычно зашепелявил, – Вы не видели тут парня, обожженного всего, сегодня, или, может, слыхали чего?

– Неа, не было таких, у нас, по крайней мере.

Понятно, если он сразу заговорил, то и эти качки не понадобились. Так-то все похоже на правду, слишком много им известно. То, что Вова на Поляне прячется, про Хохла главное, даже сходится, что он мог после Москвы набухаться на радостях, обмыть, как он любит говорить, это дело. И наркота у него могла быть, в последнее время, легко. Стоп. «Он же Жженый, он же Хохол, как, кстати, его фамилия? Да какая разница?» – вспомнил я слова Валиева.

И такая на меня эйфория налетела от этой мысли, что я заметил вдруг, что лежу на спине, смотрю вверх и глупо улыбаюсь. Так, исправил я положение, повернувшись к стене, пока не заметили – расслабься, это еще ничего не значит, и ты еще не на курорте, а в хате, так радоваться, мало ли чего там Валиев ляпнул.

Но настроение заметно улучшилось.

– Егор, что ты там говорил, про харчи? – вот что делает надежда с человеком.

День прошел спокойно, а наутро открылось окошко, – Егоров, – раздался властный голос.

Егор пошел поговорить. Пошушукался там. Он что, Егоров Егор, подумал я, может быть, еще Егорович, или скорее – просто кличка, свои данные ему лучше скрывать, если, конечно, он на волю рассчитывает.