Волчий билет

– А то, что мы шестнадцать человек к праотцам отправили зазря, тебя это не волнует?

– Что сделано, то сделано, переживай – не переживай, их уже не вернуть, думаешь – это не одна шайка-лейка? Одним миром мазаны, что воры, что блатные, какая разница? А представь, если бы у Кичо сейчас еще такая подпыра была?

– Ну да, – согласился я, что верно, то верно, сейчас с ними трудно, а если к ним еще шестнадцать местных отпетых добавить… И че я, Вове-то выговариваю, я же его на это дело подбил.

– Пацаны, возьмите меня к себе, научите стрелять, – вдруг решительно заявил Капуста, даже кружку, немного пролив, со звоном поставил на стол, – Я тоже хочу за Хохла отомстить, и за себя, конечно.

Я поперхнулся кофе, но промолчал.

– Молодец, Игорь, – как будто в первый раз его увидел, посмотрел на него Володя, – Уважаю, научу конечно, ствол достань только и патронов побольше, нам тут с тобой все равно делать нечего, займемся делом хоть, – и похлопал его по плечу.

– Спасибо Вова, – покивал он в ответ, и оба уставились на меня. Я только руки развел и помотал головой, типа, я не против, а на самом деле – что я могу поделать?

– Надо Фила звать, решать, как делать будем, – прочитал мои мысли Вова.

– Ну так зови, ты же умеешь его быстро вызывать, как джина.

– Сейчас на пейджер сброшу, – вскочил Вова, не поняв моей подковырки.

– Че Игорь, как нога, – спросил Капусту, когда Вова ушел звонить, – Заживает, я смотрю?

– Да, – махнул на нее он, как на нечто незначительное, – Послушай, Игорь, я Хохла очень любил, он всегда мне помогал и подсказывал, как поступать.

– Хорошо, тезка, посмотрим, пойду позагораю, погода хорошая, не хочешь? – взял я два стула и понес на веранду.

Когда приехал Фил, мы все втроем сидели на веранде в шортах и загорали, но спинками стульев вперед. Я так первый сел, а пацаны, почему-то тоже, за компанию.

– Капуста, ты как посередине, сделай вот так, для полноты картины, – крикнул Фил, как только вышел из машины, и сделал правую руку козырьком над глазами.

Капуста, ничего не понимая, повторил его движение.

– Во, картина Репина, три богатыря, – заржал он, потом все остальные, по мере того, как до всех доходило. Поздоровались, обнялись. Притащили стулья, картина стала – шесть богатырей.

Я подробно рассказал про наш разговор с Саидом.