Онлайн-библиотека книг
Эй, ты чего?
На язык попали соленые капли, а с губ девчонки слетел новый всхлип.
Да что ж такое-то?! Сердце сделало какой-то немыслимый кульбит и сорвалось с цепи.
— Представляешь, Волчок, а он мне понравился, — вперемешку с хлюпаньем, шептала Ника. — Первый раз со мной такое, после бабушкиной смерти. Как будто родного человека встретила. Вот, совсем своего. А он… Таким же козлом, как и все, оказался.
Внутри все дернулось, отзываясь на это признание.
«Моя! — билось в душе. — И плевать, что она человек. На все плевать.
По позвоночнику прошла жаркая дрожь.
Я сам не заметил, как зверь ушел под кожу, как изменилось зрение, как вместо лап появились руки, которые обняли худенькие вздрагивающие плечи. И я отпустил себя. Пусть говорят, что человек оборотню не пара. Это ничего не значит. Всегда есть выбор. И мой выбор — вот он. Рыжая, смешливая девушка, с самыми красивыми глазами на свете и с лучистой улыбкой, от которой на сердце становится тепло и солнечно.
Наплевав на все, перестал с собой бороться и сделал то, что хотелось сделать с первой минуты, как ее увидел.
«Моя! — снова зазвучало внутри. — Никому не отдам!»
А в ответ неожиданно послышалось:
— Твоя. Только твоя!
Не веря себе, уставился в огромные сияющие глазищи и переспросил:
— Ты меня слышала?
Но как? Как такое может быть? Она же не моя пара. Или… Неужели старинные легенды о том, что пару можно найти и среди людей — правда?
— Ну я же не глухая! — счастливо улыбнулась Ника и потянулась к моим губам.
Значит, правда услышала. Удивительная девушка! Казалось, она не заметила ни моего превращения, ни исчезновения своего Волчка. Она даже не задумалась, как я здесь оказался.
— Егор, — прошептала моя рыженькая, и мне стало не до размышлений. Не помню, как донес Нику до дивана, как снял с нее то самое синее платье, которое весь вечер сводило меня с ума, как сжал в ладонях мягкую, спелую грудь…
Слов не было.
Все-таки пара… Черт! Как такое возможно? Люди и волки — два разных мира. Мы разные во всем: в поведении, в возможностях тела, в эмоциях. В нас слишком много от звериной испостаси даже в человеческом обличье: мы сильнее, жестче, менее подвержены болезням, чем обычные люди, да и чувствуем все иначе.
