Вода оказалась ещё холоднее и гуще, чем в родной реке, волны не накатывали, а тяжело выплёскивались, надолго прилипая к береговой отмели. И воздух был морской — солёный и густой, как вода, хотя ветер дул из стерильных по–зимнему степей, что долго мелькали за окнами поезда, и не имел ни цвета, ни запаха. Похоже, виноград тут давно убрали, и молодое вино выпили: по–южному чернявые, неведомой национальности мужики в оранжевых жилетах пили водку возле железной бочки с костром. Такого же вида женщины, но совершенно трезвые и деловитые, ходили с длинными шестами и сбивали нависший снег с пальмовых листьев.
Вероятно, здесь ещё недавно было тепло, беззаботно и весело, но угасло летнее солнце, растаяли летучие радости, и люди, покидающие этот берег, испытывали тоску до слёз.
Сейчас она сквозила и источалась отовсюду, щипала глаза и губы, как тяжёлый солёный воздух, и её уже было не сбить с пальм, как сбивали снег.
В общем, можно не задерживаться у остывшего моря на промозглом берегу и самому отправляться в горы на поиски Дивьего урочища: если бы кто встречал, подошёл или знак подал ещё на вокзале.
Однако вотчина Булыги была местом закрытым, труднодоступным, не хуже, чем Вещерские леса. Существовал единственный ориентир–речка Дивья, бегущая где–то в отрогах Великого Хребта, да и то название это считалось современным, отмеченным только на новых картах. Инородцы называли её Аркус, что было ближе к истине, ибо древнее название звучало как Аракс.
И отсюда происходило название бойцов–поединщиков Засадного полка— араксы, то есть защитники, однако мало кто задумывался над происхождением этого слова, тем более не связывал его с урочищем и рекой, расположенной слишком уж далеко от гнезда Сергиева воинства, Троицкой обители.
Хотя кормилица Елизавета, знающая многие сказания и легенды, говорила, что первыми насельниками монастыря стали некие два брата–близнеца с одним именем Аракси были они переселенцами. Но отец говорил, что братья пришли позже, и не в пустынь преподобного, а поселились рядом, срубив себе скит, который потом таки назывался—Араксов скит.
Откуда они в самом деле появились, оставалось лишь догадываться, но, судя по созвучию имён, скорее всего, с реки Дивьей."
"В Сиром урочище Ражный слышал ещё одну историю: будто привела отроков мать по имени Дива или Дева. Все втроём они бежали то ли из татарского плена, то ли просто от погони и по пути много раз сражались с ордынской конницей, шедшей по пятам.
