Таннер, Крис и Рико тоже пришли. Они растолкали всех, пробираясь ко мне, и даже не пытались пожать руку. Вместо этого все трое обхватили меня в крепкое объятие и держали изо всех сил. Я ощутил исходившую от них какую-то небольшую вспышку, она скользнула по коже, но быстро потерялась под тяжестью испытываемых мною эмоций.
Джесси тоже присутствовала на похоронах. Она дождалась, пока сможет встать передо мной. Прошептала что-то, чего я не запомнил. Ее губы прижались к моей щеке, нежно задержавшись там.
Джо смотрел, как Джесси сжала мою руку.
Но отвел глаза, когда она ушла.
Позже, после того, как выстоял перед очередью людей, позволяя им плакать на мне, пожимать руку и говорить, как им жаль, я стоял над ямой в земле, где лежала моя мать. Ее не станут засыпать землей, пока все не разойдутся.
Стая собралась в стороне, среди деревьев. Ожидая меня.
Это было несправедливо. Все это.
— Мне так жаль, — сказал я, вспомнив тот день, когда мы с ней лежали на спине, она была в своем красивом платье с голубыми бантами, и мы смотрели, как проплывают облака.
* * *
Томаса сожгли во вторник вечером.
Во вторниках не было ничего особенного, но мы уже похоронили мою мать в этот день, и было бы лучше покончить со всем сразу."
"Те же люди, что наводнили дом в дни, последовавшие за нападением Ричарда, теперь наводнили и лес. Некоторые оставались в человеческом обличье, но большинство превратилось в волков. Как и вся моя стая, кроме меня и Гордо. Но мы шли вместе с ними, Элизабет и я по обе стороны от Джо.
Остальные замыкали шествие. Я положил руку на спину Джо и держался изо всех сил.
Никто не говорил о Боге и Его неисповедимых путях. На самом деле, было практически тихо, когда мы смотрели на тело Томаса на вершине погребального костра, сооруженного на поляне в лесу. Волки собрались вокруг меня. Мои волки. Все остальные держались на расстоянии.
Именно Гордо разжег огонь.
Когда он приблизился к костру, я подумал, что Томас должно быть почувствовал его как часть стаи прежде чем испустил свой последний вздох.
Почувствовал, что ведьмак наконец вернулся. Мы об этом не говорили. О том, что это значит. О том, что теперь произойдет. Я даже не пытался. Было немного неприятно, что меня не пускали в их кабинет, на те тайные встречи, но я отгонял эту мысль.
Гордо положил обе руки на погребальный костер.
Его татуировки ожили.
Он склонил голову.
Под пальцами вспыхнул огонек.
Стоило Гордо коснуться дров, как огонь тут же распространился дальше.
