Волчья тропа

Пенелопа стояла у подножия холма и двумя руками сжимала нож. На полпути к вершине в отблесках пламени блестели желтые глаза.

– Пенелопа, – прошептала я, и рычание стало громче.

Она резко обернулась.

– Элка, не выходи, тут что-то в папоротниках.

– Знаю, – ответила я. – Это волк.

За спиной у зверя хрустнула ветка. Что-то подсказало, что это не мой Волк.

Я встала рядом с Пенелопой.

– Дай сюда нож.

От страха люди глупеют, и Пенелопа тоже вела себя как дура. Я накрыла ее ладони своими и отобрала нож.

– Возвращайся к костру.

Быстро. Где один волк, там и стая, а после бури они на взводе.

Пенелопу трясло.

– Я не могла уснуть. Услышала шаги и попыталась тебя разбудить, – тарахтела она. – Я хотела их напугать.

– Вернись к костру, – велела я и потащила ее назад, в пещеру. Я не отводила взгляда от желтых глаз, но они не приближались и не двигались. Рычание умолкло.

Когда мы были в безопасности под защитой костра, я прижала эту идиотку к стене и приставила нож к горлу. В свете пламени ее глаза казались стеклянными.

– Никогда не трогай мой нож. И не ходи охотиться на волков в темноте.

Они испуганно кивнула и вздрогнула, оттого что камни впились ей в спину.

Я смотрела ей прямо в глаза, хотела, чтобы она все поняла. Это не игра. В темноте ты можешь умереть.

Потом я отпустила ее и присела у огня, чтобы подкинуть дров.

– Прости, – покорно прошептала Пенелопа, сев рядом со мной.

– Черт возьми! – Я даже не пыталась скрыть злость. – Ты что, совсем ничего не понимаешь?

Она смотрела на пламя, словно ребенок, которого шлепнули по рукам.

– Вокруг волки, медведи, росомахи и куча змей. Черт, да тебя порвут на куски быстрее, чем ты обоссышься!

Хотелось схватить ее и потрясти. Вот бы я проснулась и обнаружила ее разделанной, как индейка на Рождество! Везде пятна крови, а чудесное белое платье торчит из пасти волка. Я слишком много крови видела. Помнила, как кровь Кабана выплеснулась мне на грудь. Как она текла по спине от ножа преподобного; чувствовала и его горячую кровь на своей спине.

Ощущала черную демонскую кровь на своих руках. Я закрыла глаза и вспомнила ноги того мужчины, а потом и лицо. Я его знала. Теперь, вдалеке от отравленного озера, картина прояснилась. Там, в подвале, был Крегар. И возле озера тоже. Он был моим демоном, а я – его ангелом, и он ждал, пока я паду.

– Элка, – воскликнула Пенелопа. – Что с тобой?

Грудь сжалась, я не могла дышать. Я широко открывала рот, стараясь заглотнуть хоть немного воздуха.