Она думала, что человек с таким родом деятельности обязан в любой ситуации сохранять спокойствие.
Стражники двинулись вперед, на что Дамиан оскалился, словно дикий зверь. Сердце Марины второй раз за этот день екнуло, но только совсем по другой причине. Понимая, что сейчас не время, она повернулась к поверенному.
– Перестаньте, – произнесла она тихо. – Не стоит обострять ситуацию еще сильнее. Если вы сейчас покинете мой дом и забудете сюда дорогу, то я, даю слово, забуду о вашей попытке повесить на меня очередной мифический долг.
Итак, ваше решение?
* * *Грумер прищурился, глядя на девку перед собой. Он ощущал, как его лицо покраснело от гнева. Уже давно никто не осмеливался так с ним разговаривать.
Он ненавидел этих зажравшихся аристократов, которые считают, что весь мир создан только для того, чтобы лежать у их ног. Грумер искренне верил, что он гораздо лучше.
И дело не во внешности! Кого волнует простая оболочка? Нет, моральные качества – вот что на самом деле важно.
Грумер родился в небогатой семье.
Ему пришлось с детства вырывать себе место под солнцем зубами, карабкаясь наверх что есть силы. В какой-то момент он понял, что выше головы ему никак не прыгнуть. Поверенный – предел возможной карьеры для такого, как он.
Некоторое время он негодовал, а потом понял, что выше подобных вещей. Он был в разы лучше всех зарвавшихся аристократов, которые ничего в своей жизни не совершили, но считали, что своим присутствием делают одолжение другим.
Когда Грумер стал старше, он заключил, что пора показать всем свою прекрасную душу – он занялся благотворительностью.
Когда он передал в столичную больницу десять золотых, то ощутил такое моральное удовлетворение, что решил делать это каждый год. Не чаще!
Он ведь не был богачом! Кроме этого, требовалось закончить постройку небольшого имения. А еще налоги! Будь они неладны! Зачем королю столько денег? Впрочем, чему тут удивляться, всем этим аристократам нужно на что-то жить, вот они и дерут деньги с честного простого народа!
Грумер был исключительно честным.
А то, что он занимался черным мошенничеством, отбирая у богачей дома и деньги, – это сущая мелочь. Он не считал подобное кощунством. Они вполне заслужили такую участь!
В группу, которая занималась подобными делами, он попал не случайно. Просто однажды провернул небольшое дельце, оставив банкротом мелкого барона. Грумер тогда переживал. Боялся. Все-таки банкротство нанимателя могло ударить по репутации самого Грумера.
