Волевой порог

Его услышал только сержант Котин. Увидев, куда бежит оперативник, мгновенно оценив ситуацию, он бросился наперерез зэкам. Один остановился и с размаху попытался нанести удар подбегавшему человеку. Котин отшатнулся, и лопата просвистела в нескольких сантиметрах от его лица. Второго замаха он уголовнику сделать не дал. Тут же прыгнув вперед, он ударил его пальцами по глазам, выбил из рук лопату и увернулся от удара кулаком в лицо. Рыча от боли в глазах, зэк снова попытался ударить нападавшего, но его движения уже были не такими быстрыми и точными.

И Котин, поднырнул под руку уголовника, нанес ему точный сокрушительный удар снизу в челюсть. Его противник рухнул на землю, раскинув руки.

Трое зэков уже подбегали к вагончику, а один развернулся к Котину с длинным заточенным прутком в руке. Сержант, помня приказ Когана, снова попытался обойтись без стрельбы и взять зэка живым, чтобы тот мог дать показания. Он дважды увернулся от ударов, а потом, отбив ногой направленную ему в живот заточку, бросился на уголовника.

Но тот успел отклониться назад и снова выставил перед собой самодельное оружие. Пруток попал ему в руку выше локтя и вошел сантиметров на пять.

Коган был дальше от вагончика, он бежал и видел, что делает Котин, мысленно благодаря сержанта. Но когда тот, свалил одного противника и кинулся на второго, когда сержант все же не успел увернуться и наткнулся на заточку, Коган рванул из кобуры пистолет. Грохнул выстрел. Пуля угодила уголовнику в висок, и он повалился на землю. Котин с бледным лицом стоял на одном колене, держась за самодельное оружие.

Он стиснул зубы, выдернул пруток из руки и отбросил его в сторону. Увидев Когана, он покачал головой, давая понять, что ему помощь не нужна, что он справится сам.

Уголовники сбили ломом замок с двери вагончика, распахнули дверь и, поддев тем же ломом половицу у самого входа, отодрали ее. Они отбрасывали в сторону доски и вытаскивали из тайника немецкие автоматы. И тогда Коган понял, что просто не успевает. Он остановился, сделал пару глубоких вдохов и выдохов и поднял пистолет.

Он чувствовал себя стрелком в тире. Только мишени были живыми и очень опасными. И они готовы были стрелять в ответ. Машинально оценивая наиболее опасного противника, он выбрал того, кто уже держал в руках «шмайсер» и вставлял в него снизу магазин.

Выстрел, второй. Зэка развернуло в сторону попавшей в плечо пулей. Он выронил магазин, который не успел вставить. Но вот уже второй противник с автоматом обернулся на звуки выстрелов.