Волк ищет тебя

Мы с Мишель стоим на крыльце особняка резиденции Хазард и наблюдаем, как два великих клана собираются покинуть нашим земли и отправиться к Вершине мира, где предположительно может находиться сейчас Ассар.

Сестра прибежала ко мне, как только мы вышли из лазарета, и теперь неистово сжимает мою ладонь, в который раз прося прощения за то, что умудрилась меня забыть.

Дурашка и не представляет, как я по ней соскучилась.

Конечно, Миша ещё почти ребёнок, но далеко не глупый. Ей пришлось объяснить в подробностях всё произошедшее со мной, а так же то, почему мы не родные сёстры и кто моя настоящая мать.

Мишель сильно разозлилась на родителей, ведь они ей, получается, тоже врали, как и Самиру, нашему брату. Но потом Миша остыла и сказала, что рада иметь сестру.

— Хорошо, что они тебя себе забрали, Ками. Не знаю, что бы я без тебя делала! — вот так она сказала. Моя сестрёнка.

Рис — пара Мишель, тоже собрался вместе с нашими кланами на поиски Ассара. Сейчас северный волк о чём-го говорит с Марко. Они стоят у самой кромки леса, спорят и активно жестикулируют.

Благодаря вампирскому слуху мне удаётся кое-что расслышать. Их беспокоит тот факт, что Древний зачем-то пришёл сначала на наши земли, а теперь вдруг отправился к Вершине. Мол, зачем было делать такой крюк?

Меня, если честно, тоже это тревожит.

Что, если моё видение было послано самим Ассаром, чтобы сбить нас с толку? Что, если мы ошиблись?

По рукам пробегает неприятная дрожь. Мы с Мишей, конечно, не остаёмся одни, но всё же, никто не знает точно, что задумал Древний, а значит, предвосхитить его действия мы никак не сможем.

Я не могу, просто не имею права его потерять.

Но что я должна сделать, если вся семья не желает, чтобы я им помогала? Я связана по рукам и ногам. Чувствую себя бесполезной.

— Эй, комаришка, что за кислый вид? — ухмыляется оборотень, подойдя к нам с Мишель и приобняв меня за талию.

Рис подходит вместе с ним, но к Мише не прикасается. Им пока рано любить.

Хотя Мишель всё равно кокетливо улыбается волку.

— Я боюсь, Марко. Очень боюсь. 

— Сомневаешься во мне, синеглазка? 

— Просто не хочу потерять тебя. Никого из вас, — утыкаюсь носом в грудь оборотня и с наслаждением вдыхаю его запах. Родной. Любимый. Самый вкусный на свете. 

— Не потеряешь, Ками. Отныне и навсегда мы вместе. Я же тебе говорил. 

— Всё равно страшно! 

— Ждать-то будешь? — хмыкает наглый волчара, за что получает от меня увесистый шлепок по руке.