Волк ищет тебя

Она бросает на него недовольный взгляд и складывает руки на груди, выражая протест. Упрямая. Понимает же, что выбора другого нет. 

— Тебе нужнее. Ты у нас пока хрупкая человечка. 

— Я никуда на этом не поеду! 

— Я тебя умоляю, черноглазка, это же глупо. Всё равно придётся ехать, так что давай не будем заниматься глупыми и бесполезными спорами? Лучше прокатимся вокруг колледжа разок, чтобы ты не боялась ехать дальше. Ну? — трясу шлемом, добродушно улыбаясь хмурой малышке, а сам уже умираю от нетерпения, когда она окажется за моей спиной, прижмется ко мне грудью и обнимает тонкими руками, чтобы удержаться.

 

— Давай, не трусь. Ты мне не показалась трусихой. Или все комаришки трусишки? 

Не знаю точно, отчего. То ли из-за произвища, которым я её назвал, то ли из-за обзывательства "трусишка". Обдумать этот момент я не успеваю, потому что девчонка хватает шлем и зло шипит. 

— Ну, поехали, блохастый! 

Теперь уже вздрагиваю я. 

Сажусь на байк первым. Сразу после меня это делает Ками.

Она грациозно перекидывает ногу — замечаю это боковым зрением. Не заметить трудно, ведь у черноглазки очень красивые длинные ноги. Да она вся красивая. Высокая, белокожая, грудь пышная, губы сочные и глаза... ну, это отдельная тема. Таких манящих глаз я ни у кого раньше не видел, разве что во сне.

— Держись крепче, Комаришка, — усмехаюсь я, заведя мотор.

О своей усмешке сразу же жалею, потому что руки девчонки уверенно скользят по моей груди, затем останавливаются в области пресса, буквально сводя меня с ума своим жаром.

Ее пальчики слегка подрагивают, будто она сомневается, что правильно и допустимо себя ведет, но потом дрожь прекращается, черноглазка утыкается носом мне в спину — в область между лопаток. У моего зверя крышу сносит от одного этого действия. Я уж молчу, когда девчонка хрипло произносит:

— Давай, Блохастый, езжай уже! Хватит выпендриваться!

Я давлю на газ, и мы трогаемся.

Ветер привычно бьет в лицо, но только в этот раз не освежает.

Наоборот — жар усиливается с каждым мгновением, и все из-за малышки, тесно прижимающейся к моей спине. Черт меня раздери, но я не представляю, как мы будем добираться до наших земель, ведь это займет почти сутки, а я спустя уже несколько минут на взводе. Но, очевидно, лучше так, чем доверить ее другому, иначе точно крыша поедет.

И самое дерьмовое, что меня снова одолевает это чувство, будто это уже происходило раньше.