Волк ищет тебя

Слишком много чувств, которые сваливаются в кучу и мешают рационально мыслить. 

— И что мне за это будет? 

Да, соглашусь, приемчик не совсем честный, но, бля, кажется, у меня крыша поехала, а в таком состоянии быть честным крайне сложно. И вообще, если бы я был в адеквате, то не стал бы заниматься торгами, а просто отнял бы чёртов медальон и выяснил, какого хрена он так знакомо пахнет, но я, очевидно, не в адеквате.

— А чего ты хочешь? 

Нижняя губа малышки подрагивает, на шее призывно пульсирует венка, в которую я с наслаждением вонзил бы клыки.

Следы старых укусов Ассара почти исчезли, но зверя все равно беспокоит факт их наличия. Он хочет, чтобы здесь стояла наша метка, наша клеймо, а не какого-то древнего вампира-ублюдка. 

— Скажем, хочу поцелуй. 

Шумно сглатываю за мгновение скопившиеся во рту слюни. Я прошу поцелуй, но хочу намного больше. Главное — не напугать её своим напором. 

— Да, Ками. Поцелуй. 

— В губы? — уточняет черноглазка, смешно нахмурив брови. 

Честно говоря, я бы много мест на её теле мог сейчас назвать, которые собираюсь обязательно поцеловать в дальнейшем.

 

— В губы, Ками... Но если хочешь, есть и другие варианты. Всякие, разные. Более приятные, понимаешь? — стараюсь говорить шутливым тоном, но хрипотца выдаёт меня с потрохами. 

Девчонка густо краснеет и сводит бедра вместе. Да, она поняла, о чем я. Даже слишком хорошо поняла. Неужели с ней уже подобное делали? 

При мысли, что кто-то другой трогал её, волк начинает звереть. 

Она моя! Никто не имел права! Никто! 

Резко дёргаю черноглазку на себя за ногу, после чего нависаю сверху.

Руки Ками прижимаю к кровати. Медальон остаётся зажатым между нашими ладонями. 

— Тебя трахал кто-нибудь?! Отвечай! 

— Не...неет, — пищит мелкая, широко распахнув глаза и уставившись на меня так, будто я сбрендил, хотя в принципе так и есть. 

Очевидно, я свихнулся...

— Тогда откуда столько познаний в сексуальной сфере? О нижних поцелуях, а? 

— Я не в пещере все это время жила, придурок! — на место смятению приходит злость и раздражение, которые тут же отражаются в чёрных глазах малышки.

 

Её дыхание становится тяжёлым, грудная клетка вздымается подо мной, из-за чего полная и невероятно сексуальная грудь девушки сильнее вжимается в моё тело. 

Бля... Она сейчас такая красивая. Чёрные волосы растрепались и волнами расползлись по белой простыне, чёрные глаза горят огнём, в них вновь мерцают синие блики, белые щеки покраснели, а алые губы так и просят целовать их до полного сумасшествия.