Волк ищет тебя

И по словам родителей, она сама была красивой женщиной. Жаль, что предательницей. Это чуть не погубило всех, в том числе и Марко, хотя тогда он ещё не родился даже.

— Возможно, это являлось манипуляцией с её стороны, — отвечает отец. — Лика знала о сущности Марины, и предположила, что та не отвергнет ребёнка, если она назовёт его именно так. Вероятно она боялась, что мы вообще не станем забирать тебя или хуже того — убьём...

— Хорошо, что вы этого не сделали, — невесело усмехаюсь я, передёрнув плечами.

— Хотя могли, наверное, учитывая, что сделала Ликадия.

— Не говори глупостей. Мы на такое были не способны, как и не способны сейчас. Мы же не монстры и понимали прекрасно, что ты всего лишь ребёнок, который не несёт никакой ответственности за грехи своей матери.

— Но ведь я могла вырасти другой... Такой же злой. Почему вы решили, что я буду не похожа на неё? 

— Детка, — мягко улыбается мама, положив голову мне на плечо. — Гены мало что решают. Дети вырастают такими, какими их воспитывают.

Мы с папой постарались дать тебе всю любовь, на которую были способны. Мы учили тебя добру, состраданию и истинной силе. Ты не могла вырасти злой. И ты вовсе не твоя мать, хотя она тебя родила. Ты это ты, малыш. Только тебе решать, какой быть и как поступать. 

Я киваю, улыбнувшись ей в ответ. 

Мне нравится эта фраза. 

Только мне решать, какой быть и как поступать... 

— А про моего отца... Ну, биологического, не обижайся, пап... Вы ничего не знаете? 

Папа усмехается и качает головой.

 

— Ничего. В письме Лика указала, что он был человеком и не пережил обращение. Это всё, что нам известно. Мы предполагаем, что в его крови текла кровь Древних вампиров, учитывая факт пробуждения Ассара с твоей помощью. Ну, ты знаешь, что сделать это мог только потомок. 

Поджав губы, я устремляю взгляд вдаль, в сторону особняка, где на крыльце уже нетерпеливо топчется Марко в ожидании нашего возвращения. 

Мне немного грустно от того, что оба моих биологических родителя умерли.

Я люблю Маркуса и Марину. Они мои мама и папа, но мне бы хотелось узнать и других. Хотелось бы спросить у отца, знал ли он обо мне? Может, это странное желание, но сейчас я чувствую именно так. 

— А у вас осталось письмо? Можно мне взглянуть? 

Родители переглядываются и по очереди тяжело вздыхают. 

— Конечно. Оно хранится в резиденции. Мы не выбрасывали на тот случай, если ты захочешь сама его прочесть, когда узнаешь правду. И не ошиблись.