И куда девался тот ряженый клоун, которого Грек наблюдал в Гатчине? Эх, сколько раз убеждался, что никакого противника нельзя недооценивать!
А Стрелковский действительно устранился от боя. В первый момент Артем его и не заметил. Оказалось, Аскольд Глебыч присел на корточки на противоположной обочине, метрах в ста. Правильно, не панское это дело кулаками махать. Он привык организовывать драки, зарабатывать на бойцах, но вряд ли когда-нибудь сам по-настоящему дрался. Так и сейчас - укрылся в сторонке, наблюдает с безопасного расстояния.
В одной руке - «трубка», в другой… В другой блеснуло что-то небольшое и металлическое. Пистолет, ясное дело! Значит, как минимум, у них два ствола. У водилы есть что-нибудь, или он передал свою «дуру» Стрелковскому, которому по статусу не положено таскаться с железом, и теперь остался безоружным, уповая на меткость товарища, так лихо отстрелявшегося по колесам?
У водилы кое-что было.
Он не стал рисковать и подгонять «ниссан» бок о бок с машиной Артема.
Остановился, не доезжая два корпуса. Включил аварийную сигнализацию. Голова и локоть исчезли из проема окна, и в ту же секунду дверь распахнулась. Грек увидел ствол автомата, и опять пригнулся чуть раньше, чем грянули выстрелы. Короткая очередь вспорола морду «девятки». Посыпались стекла, брызнул тосол из пробитого радиатора. Артем не мог видеть действий противников, но богатого воображения и не требовалось, чтобы представить: сразу после стрельбы, подстраховывая друг друга, они десантировались из «ниссана» и сейчас крадутся к «девятке», двигаясь таким образом, чтобы грамотно использовать «мертвые зоны» и в то же время не продырявить друг друга.
Что-то мешало коленке. Артем посмотрел вниз и увидел торчащую из земли ржавую банку из-под консервов. Решение было мгновенным. Выдернул ее, резким движением сбросил присохшую грязь и, не вставая, по пологой дуге метнул жестянку в сторону иномарки.
Оба противника среагировали на летящий предмет.
Автоматчик успел его взять на мушку, но в последний момент сдержал на спусковом крючке палец. Сработал рефлекс, приобретенный на чеченской войне: сначала укрыться, а потом разбираться, граната это была или нет. Поскольку окопов поблизости не было, он плашмя упал на асфальт, сжав ноги и закрыв затылок локтями. Второй, вооруженный пистолетом Макарова, среагировал мгновением позже. Но, в отличие от водителя, он не стал целиться.
