Это уж в 43-м начали чаще оценивать по заслугам ратный труд, а в 44-м стали еще чуточку щедрее.
Награду заслуженную получать всегда приятно, значит – заметили, оценили. И среди офицеров – почет и уважение. Это уже в 1945 году на груди у многих «иконостас» из медалей и орденов появился. Горько только было, что многие герои 41-го ничем не были отмечены, да и мало кто на передовой дожил до конца войны, а некоторые герои вообще умерли в безвестности, и гниют их останки на полях сражений – неупокоенные.
Говорят, что на миру и смерть красна.
Совершил человек подвиг, погиб на глазах товарищей, о нем в газете написали, родственникам сообщили: «Ваш муж (брат, отец), выполняя свой воинской долг, пал смертью храбрых…» А когда ты один, когда рядом никого из своих нет, а тебе всего восемнадцать и, как никогда, хочется жить? Вокруг враги, и в руке у тебя – последняя граната? И таким павшим героям, о последних минутах жизни которых никто уже никогда ничего не узнает, – несть числа.
Когда я вышел из здания отдела, лейтенанты мои сразу углядели под распахнутой шинелью новый орден.
– Поздравляем, товарищ капитан! Что-то уж очень шустро командование среагировало: только грузовик с бумагами доставили, а вам уже – орден вручили.
– Это за старые заслуги. Пошли скорее, поможете мне погоны сменить, – я показал ребятам новые майорские погоны.
– О! Еще одна новость! Так сегодня у вас двойной праздник, поздравляем, товарищ майор!
– Можете не намекать. Я армейские традиции помню и чту, так что за мной – стол.
– Ура! – ликовали лейтенанты.
Стараниями поваров нашей столовой стол получился неплохим – без деликатесов, но сытный. Я подсуетился и нашел водки – ведь обмывали и орден, и майорскую звездочку. И были на торжестве не только мои лейтенанты – я пригласил весь наш отдел. Хорошо, что Сучков явил понимание и на следующий день нашу группу не трогал, потому как наша боеспособность была сильно ограничена.
Забегая вперед, скажу, что доставленные нами документы содержали данные о завербованных немцами и оставленных в нашем тылу агентах на территории Прибалтики – Эстонии, Латвии и Литвы.
Позже лейтенанты мои получили за эту операцию по медали «За боевые заслуги», я – еще один орден Красной Звезды, а Сучков – орден Ленина – высшую награду государства.
Глава 8
Дав возможность пару дней отдохнуть и порадоваться повышению в звании, Сучков вызвал меня к себе."
"Я шел по коридору в кабинет начальника и все не мог свыкнуться с тем, что при обращении ко мне слышал «товарищ майор».
