Волонтеры вечности

— Ладно, прогуляюсь-ка я, пожалуй, по ночному Ехо! Вы меня просто на ноги поставили, ребята! Запасайся своим благословенным пойлом, Макс: нам предстоят веселые денечки!

— Вы все меня запугиваете, — усмехнулся я. — Джуффин посоветовал порезвиться, якобы, напоследок, теперь вы… Неужели все так страшно?

— Ну не то чтобы страшно, скорее хлопотно. Когда я слышу слово «Арварох», моя голова тянется к подушке. Как только в Ехо появляются эти белокурые пучеглазики, жизнь становится на редкость утомительной штукой!

Окончательно запуганный этим предсказанием, я заснул прямо в собственном кресле, даже не потрудившись переодеться в Мантию Смерти, что, вроде бы, было положено…

Разбудил меня сэр Джуффин Халли.

Его утренняя бодрость показалась мне отвратительной. Я машинально потянулся к столу, где хранилась бутылка с бальзамом Кахара. Джуффин ехидно захихикал и бесцеремонно отвел мою руку в сторону.

— Лучше уж иди домой досыпай! Вернешься в полдень, раньше здесь все равно делать нечего. Жители Арвароха просыпаются поздно, на твое счастье.

— Да? — сонно изумился я. — Какие славные люди, кто бы мог подумать!

По моему дому бродил Мелифаро, такой же сонный и хмурый, как и я сам. Впрочем, бедняге было еще хуже: в отличие от меня он собирался на службу. У нас обоих не было сил желать другу другу хорошего утра.

— Вот это и есть сумерки! — вздохнул я.

— Что? — ошалело спросил Мелифаро.

— Сумерки, — объяснил я. — Время, когда ночь, то есть я, уже закончилась, а утро, то есть ты, еще не наступило. Именно так это и выглядит.

На мой вкус, слишком мрачно.

И я пошел наверх, в спальню.

— Кажется, ты действительно был поэтом, — вздохнул мой друг. — Какое счастье, что тебе это не понравилось! Такие громоздкие метафоры да еще на рассвете… Ты действительно кошмарное создание!

— Ага! — согласился я, с треском захлопывая дверь спальни.

У меня еще было часа три, и я не собирался терять ни секунды.

Проснувшись около полудня, я одобрительно буркнул: «Ну вот, теперь другое дело!» На мой взгляд, спать надо долго и со вкусом, а просыпаться как можно позже.

Я проникся нежнейшей симпатией к жителям далекого Арвароха: хоть кто-то разделял мои взгляды на жизнь!

В Дом у Моста я явился одновременно с достопочтенным Алотхо. Впрочем, в Зал Общей Работы я все-таки вошел на несколько секунд раньше, поскольку воспользовался Тайной дверью, а бедняга — обычным входом для посетителей. Все наши были в сборе, даже сэр Луукфи Пэнц спустился к нам из Большого Архива: видимо, сгорал от любопытства.