«Волос ангела»

Когда Геннадий вышел к месту быстротечной трагедии, Генералов сидел на земле рядом с телом Психа. Он уже успел перетянуть себе простреленное предплечье оторванным от нижней рубахи лоскутом.

Не выпуская из рук нагана, Гена наклонился к телу, взял за запястье вялую, начинающую холодеть безжизненную руку, пытаясь нащупать пульс.

— Готов… — морщась от боли, сказал Генералов. — В сердце он его.

Шкуратов выпрямился, огляделся.

— Ну чего? Ты тогда побудь здесь, а я пойду поищу телефон. Надо своим позвонить. Вон как они, дела-то, поворачиваются…

Пожилой доктор быстро закрыл собранный саквояж.

— Тогда пошли, — скомандовал Греков, открывая дверь.

Вышли к подъезду, где их ждал Саша Жуков.

— Что случилось? Куда едем? — прилаживаясь к размашистому шагу Федора, поинтересовался он.

— К Крестьянской заставе. Опередили нас они. Психа убили.

— Дела… — помрачнел Саша. — Думаешь, они? Именно они?

— Думаю! — раздраженно ответил Греков. — Думаю, целая банда их работает. Либо засекли наблюдение за ним, либо концы начали рубить.

Эй, друг, — обратился он к извозчику, стоявшему недалеко от подъезда, — ты, что ли, сегодня в наряде на разъезды?

Транспорта не хватало, и для разъездов, по согласованию с городскими властями, часто наряжали извозчиков. Сегодня выпала очередь возить милиционеров Алексею Метляеву. Он нахохлившись сидел на козлах, погруженный в свои мысли. Услышав оклик, не спеша оглянулся.

Около коляски стояли трое. Сухощавый мужчина в гимнастерке и кожаной куртке, пожилой, интеллигентного вида гражданин в темном костюме, с докторским саквояжем в руках, и молодой вихрастый парень.

— Гони к Новоспасскому монастырю… — велел Греков.

«Гони… — неприязненно подумал Алексей. — Кобылу вы, что ли, кормите? Вам только гони, и все дела. А я, может, за сегодняшний день такой деньги лишаюсь».

Он причмокнул губами, легонько хлестнул кобыленку кнутом. Мерно зацокали по булыжнику подковы. Не оборачиваясь, Метляев из любопытства прислушивался к разговору седоков.

— Читали? — разворачивая газету, спросил молодой.

 — Укрепим наш воздушный флот, построим эскадрилью самолетов «Ультиматум». Общество друзей воздушного флота создается. Вот куда подамся, когда с преступностью покончим, — в летчики. Раньше говорили: пролетарий, на коня; а теперь скажут: пролетарий, на самолет! А что, хорошее дело, как думаете?

— Наш ответ Керзону, — откликнулся тот, что в кожаной куртке. — Люди добровольно деньги дают на постройку самолетов и призывают других оказать помощь.