«Волос ангела»

 — Знакомые в Екатеринославе посоветовали обратиться именно к вам как к специалисту.

— Раздевайтесь, я вас посмотрю, — доктор взял картонную карточку и обмакнул перо в чернильницу. — Ваша фамилия?

— Глазов Евгений Владимирович, сорок лет. — Федор быстро разделся до пояса.

Пальцы у доктора оказались не по-стариковски крепкими, прохладными, удивительно чуткими. Простукав и ощупав пациента, он долго слушал через трубку, как Греков дышит, потом чертил на его груди квадраты, засекая по часам, за какое время исчезают на коже оставленные его трубкой розовые полосы.

— Легкие ничего, — вернувшись за стол, буднично сообщил врач, — а вот нервишки действительно стоит подлечить. — Это были слова отзыва на пароль. — Для начала я пропишу вам бром на ночь, морские купания, прогулки. Где остановились?

— Пока нигде, я только что с поезда, — надевая пиджак, сказал Федор.

— Рекомендую снять мансарду на Почтовой, в доме два. Там сдают с пансионом, хозяева милейшие люди.

— Да, спасибо. Что я вам должен?

— Обычно я беру за визит три рубля. Нет-нет, — предупредил доктор желание Грекова достать бумажник, — потом рассчитаемся, не к спеху. Вы же не на день-два приехали, так? Идите, устраивайтесь. И сегодня же купите себе панаму или соломенную шляпу: днем у нас сильно печет… Да, чуть было не забыл, хозяевам обязательно скажите, что вы от доктора Борилло.

В доме на Почтовой Федора ласково встретил подслеповатый чистенький старичок, проводил наверх, показал мансарду.

— Недорого, поверьте, совсем недорого… — бубнил старичок, часто моргая выцветшими глазками. — А уж мы с супругой вас и накормим, и бельишко постельное поменяем, и гостями не интересуемся.

— Хорошо, я согласен. — Греков заплатил ему за неделю вперед, попросил, если можно, приготовить на обед овощей и рыбы, разложил свои вещи, потом снова отправился в город.

Пока все вроде бы нормально: пришел по адресу, сказал пароль, услышал ответ. И товарищам успел дать знать о своем приезде. В кармане его пиджака лежат паспорт на имя Глазова, маленький плоский браунинг, с которым не расставался Базырев — Бакли, а деньги, привезенные с собой, Федор надежно спрятал, отодрав доски обшивки потолка мансарды и засунув в образовавшуюся дыру сверток. Доски он потом аккуратно поставил на место.