Самой верной тактикой на этот момент было затаиться и ждать, чтобы застать Эллен и Персеваля врасплох. Ей, впрочем, пришлось напоминать себе об этом каждый день, потому каждый последующий день без новостей от лорда Эдварда казался длиннее предыдущего. Ho… О, если бы только лорд Эдвард навестил ее! Не может быть, чтобы у него не нашлось часа свободного времени, чтобы заехать к ней и заверить, что все идет как надо, воспользовалась его советом вопреки собственным побуждениям, а он ушел и так больше ни разу не появился, оставив ее маяться в ожидании вестей.
Неужели он не осознает, что та спокойная холодноватая сдержанность, которая сродни его природе, для нее — непосильное бремя? То, что казалось таким логичным и правильным в его устах, в его отсутствие и в отсутствие каких-либо вестей от него, представлялось все более и более невыносимым бременем. Постепенно мысли о нем стали занимать в ее голове почти столько же места, сколько мысли о Джорджиане. Франческа даже поймала себя на том, что всматривается в лица прохожих на улице, надеясь увидеть лорда Эдварда, что прислушивается, не зазвенят ли упряжью впряженные в его экипаж кони, останавливаясь у ее дверей.
Она даже подумала, не изобрести ли какой-нибудь предлог для того, чтобы самой его навестить, чтобы ему пришлось хоть что-то ей сказать.
И словно мало было испытаний ее терпению, Франческу решил навестить Грегори Слоун. Его лицо с нездоровым румянцем имело выражение самое решительное. Франческа мысленно застонала при его появлении, но, по правде говоря, визит этот не был таким уж неожиданным.
Приклеив на лицо улыбку, она проводила Слоуна в гостиную. Ей не пришлось долго ждать, когда он перейдет к сути.
— Я знаю, что вы ввели меня в заблуждение, — окинув ее многозначительным взглядом, объявил Слоун. — Насчет аферы Дарема.
— Не понимаю, что вы имеете в виду. — Франческа медленно потягивала чай, втайне радуясь, что не принадлежала к тем людям, которым нравится лицемерить, — она бы предпочла решить вопрос со Слоуном раз и навсегда и больше к нему не возвращаться.
Слоуна ее ответ позабавил. Он издал звук средний между смешком и фырканьем.
— Не понимаете! Моя дорогая Франческа, вы слишком умны, чтобы не понимать, о чем я. Вы с самого начала знали, что Эдвард де Лейси хочет положить конец слухам не потому, что они были ложными, а потому, что в них все правда.
— Но я действительно понятия не имею о том, правдивы те слухи или нет, — с беспечной улыбкой возразила Франческа.
