Франческа снимала перчатки, когда дверь закрылась, сердце ее подскочило, когда Эдвард подошел к ней со спины и встал очень близко, прикоснувшись к ней. Его пальцы в перчатках скользнули по ее обнаженным плечам, и она зябко поежилась, когда он снял шаль и плечи ее обдало прохладой. Через мгновение она услышала шелест ткани, безошибочно определив, что он снял плащ и повесил его. И тогда она вновь повела плечами, на этот раз совсем не от холода.
Он остался.
Пытаясь не обращать внимания на нервный трепет предвкушения, она прошла в темную гостиную и налила два бокала вина.
Руки у нее совсем не дрожали, что было странно, если учесть, что она пригласила к себе мужчину, чтобы его соблазнить. Она считала себя женщиной современной и независимой, но никогда не делала ничего подобного. Сесила с ней не было долгих два года, и с тех пор она ни разу не была с мужчиной. А сейчас она чувствовала, что вся плавится, как восковая свеча, от жара желания. Желания к одному-единственному мужчине, к Эдварду де Лейси, тому самому, которого она поначалу воспринимала не иначе как досадную помеху на своем пути, а может, и того хуже.
К мужчине, который, как она думала, изваян из мрамора, у которого вместо крови в жилах течет ледяная вода. Это не означало, что она совсем не испытывала к нему влечения и не могла бы ему противостоять. И она могла… почти могла… до этой минуты.
Франческа обернулась. Эдвард стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди, наблюдая за ней. Если у нее и были сомнения в том, что его влечет к ней с такой же неодолимой силой, с какой влекло к нему ее, то теперь она знала это наверняка.
Она подняла один из бокалов.
— Хересу? — спросила она хриплым от волнения голосом.
Эдвард медленно подошел к ней и взял бокал из ее руки. Не прекращая смотреть ей в глаза, он поставил его на стол рядом с ней. Франческе пришлось задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза, сейчас напоминавшие предгрозовое небо. Его взгляд, казалось, спрашивал ее о чем-то, искал ответы, не задавая вопросов. Она же не питала иллюзий, поскольку догадывалась, что все ее чувства и эмоции написаны у нее на лице, и спустя минуту взгляд его из пытливого сделался нацеленным.
Он снял перчатки медленно, одну за другой, и уронил на стол. Потом поднес руку к ее лицу и прикоснулся к завитку у нее на виске.
Франческа ощущала тепло его кожи, так близко к щеке, да, даже не осознавая того, повернула голову, стремясь прижаться щекой к его ладони. Эдвард глухо застонал, когда она потерлась щекой о его ладонь.
