Этот мир представлялся ему захватывающе интересным, почти блистательным. И все благодаря Франческе.
Блэкбридж, должно быть, уже высматривал его, потому что распахнул дверь, едва Эдвард взошел на последнюю ступень крыльца."
"— Добро пожаловать домой, милорд, — произнес он чинно, как всегда, принимая пальто и шляпу хозяина. — Мистер Уиттерс нанес вам визит, и он ожидает вас в Голубой гостиной.
Эдвард тяжело вздохнул. Да, он должен возвращаться к работе, вновь подставить плечи под груз забот, как велит ему чувство долга, но отчего-то после вчерашнего нести этот груз казалось легче.
— Отлично. Вскоре я с ним увижусь. Мистер Уайт еще не прибыл?
Блэкбридж сопровождал Эдварда, когда тот поднимался на второй этаж.
— Да милорд. Он в своем кабинете. Работает.
— Очень хорошо. — На верхней площадке Эдвард остановился и круто повернулся. Он увидел дом новыми глазами. После уютного маленького домика Франчески собственный дом казался Эдварду слишком официальным и холодным. Он не собирался перекрашивать стены в ярко-желтый цвет и, разумеется, не стал бы менять Блэкбриджа на миссис Дженкинс, но он мог бы внести кое-какие небольшие изменения.
— Почему в доме нет цветов? — вдруг спросил он.
Блэкбридж замер на ступеньке. Он даже заморгал от неожиданности вопроса.
— Не было приказано, сэр.
— Каждое утро пусть приносят свежие букеты — один здесь, другой там, из любых цветов, по сезону. — Эдвард сопроводил указание жестом, показывая, куда необходимо поместить букеты. — Какие-нибудь яркие цветы, Блэкбридж.
— Да, милорд, — с поклоном ответил дворецкий, но Эдвард успел заметить удивление в его глазах еще до того, как он опустил голову.
Эдвард про себя усмехнулся и направился в свои комнаты, где слуга уже приготовил для него свежую одежду, словно хозяин каждое утро приходил домой, одетый в вечерний наряд, который был на нем накануне. Не то чтобы слуги посмели бы хоть слово по этому поводу сказать, но, наверное, кое-какие слухи по дому прокатились, когда карета вернулась вчера вечером домой без хозяина, когда Эдвард отпустил кучера возле дома леди Гордон.
— Вы будете принимать ванну, милорд? — спросил Миллс.
Эдвард скинул сюртук и протянул Миллсу смятый шейный платок, достав его из кармана.
— Нет, этим утром — нет. Я только побреюсь — но быстро.
Полчаса спустя он вошел в Голубую гостиную.
— Мистер Уиттерс! — сказал он, когда солиситор вскочил при его появлении. — Вы ждали меня? Приношу свои извинения:
— Это ничего, милорд. — Уиттерс поклонился.
— У меня новости.
