Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Мне все равно, какие планы ты имеешь на эту стерву, но сейчас она снова станет моей женой!

Этьен застыл на месте, с ненавистью глядя на графа и его руку с клинком. А тот перехватил меня поудобнее и крепко прижал к своему телу так, что двинуться было невозможно.

— Что ты творишь, Сквонатти? Убери нож! Она ведь мать твоего ребенка! Ты подумал, что с ним будет, если с Аникой что-то случится? — попытался Этьен воззвать к его совести.

Но тот на это лишь расхохотался:

— Да у меня этих ублюдков что в Ревне, что в Трине не меньше десятка! Прикажешь за каждого переживать? — Этьен от этих слов дернулся, и граф так плотно прижал клинок, что порезал мне шею, и.

я почувствовала, как кровь потекла по коже. — Стой где стоишь. И только попробуй воспользоваться магией!

В газах Этьена бушевала настоящая буря, но лицо будто застыло страшной хищной маской. Я крепко зажмурилась от страха и только молилась, чтобы этот хельватский клинок наконец убрали от моего горла.

Внезапно — будто сам Пресветлый услышал мои мольбы — стилет выпал из руки Сквонатти и зазвенел о каменный пол храма.

Хватка недомуженька ослабла, и я почувствовала, что он меня уже не держит. Утвердилась на ногах и только после этого медленно открыла глаза.

— И это мой сын, — голос шедшего от двери старика был полон разочарования и напоминал скрип.

Видеть отца Сквонатти мне не доводилось, и исходящие от него сила и властность впечатлили. Он оказался невысок ростом, сух телосложением и опирался на черную трость с серебряным набалдашником, которая, словно метроном, отсчитывала каждый его шаг.

И пока он шел, никто из нас не смел шелохнуться. Герцог дошел до меня и своего застывшего сына, который, судя по всему, не мог пошевелиться, и сделал неуловимое движение пальцами, кастуя заклинание, которое излечило порез на моем горле и убрало последствия оплеухи.

Я неверяще дотронулась до шеи, а он пояснил:

— Я один из сильнейших лекарей Ревны, миледи. Чему вы так удивляетесь?

— Простите... то есть спасибо... — пролепетала, боясь отвести от этого старика взгляд, будто если я это сделаю, внезапное спасение окажется лишь плодом моего воспаленного воображения.

Мужчина покачал головой, оглядывая меня.

— Граф Ремингем, помогите миледи прийти в себя, пока я буду общаться со своим непутевым сыном, — и, будто извиняясь, добавил: — Последыш. Вот жена его и разбаловала, а я, старый дурак, ей в этом потакал.

Этьен осторожно дотронулся до моей руки. Я перевела на него взгляд и всхлипнула.