Миг, и я почувствовала опаляющее дыхание на своих губах…
Еще один — ноги подогнулись, когда Кирилл, стиснув мою голову, беспрепятственно толкнулся в рот кончиком языка. Мы застонали."
"Его язык стал играться с моим. Сперва, ласково и нежно… Покусывать. Слизывая томные стоны. Раздвигая створки рта. Давить. Подавлять. Влажно. Обменивались слюнями. Выцеловывая ахи и охи. Беспрепятственно шаря горячими изголодавшимися руками по телам друг друга…
Его руки. Мои. Губы. Губы… Языки…
— О-оо… — срывающийся всхлип — протяжный стон.
Запуталась, кто автор сего безумства?
А его бесконечные поцелуи. Вкууусно. Господи, как же вкусно… И мокро. Так мокро. Там. И хорошо до бесстыдства…
Хотела его. Каждой клеточкой хотела своего мужчину. Задыхалась, ощутив его умелые пальцы под эластичной джинсой. Я всхлипнула, шире расставляя ножки, когда Кирилл сжал меня сквозь влажные трусики…
А что будет, когда… Дар речи теряла, вжимаясь промежностью в его горячую ладонь, ахнув, когда он положил мою руку на свое каменное возбуждение.
Пил меня губами. Или я его? Осушал… Гладил, сквозь трусики, неистово целуя. Лучший. Ненормальный мой. Обожаемый. Самый любимый…
— Лебедевааа… — бесновато улыбнулся, — Сокровище… После первого раунда будешь стрелять для меня голой. А потом снова трахаться. И так по кругу. Загоняю тебя. Залюблю. — его глаза полыхали огнем.
В моем Кирилле проснулась такая одержимая похоть…
Подхватив под бедра, Воронов вынудил обвить руки вокруг его мощной шеи, и, не разрывая влажного поцелуя, куда-то понес… Мы целовались как сумасшедшие, издавая пошлые влажные звуки рот в рот.
Причмокивая. Сплетались языками. Растворяясь друг в друге…
Внезапно он уложил меня на тот самый диван, где мы сидели всего несколько минут назад.
— Разденешь меня? — попросил, нависая надо мной как огромная хищная птица.
— Д-да… — потянула за края его черной футболки.
Заметила, каким напряженным вдруг стало выражение его лица, когда Кирилл, помогая мне, стянул с себя дурацкую тряпку.
Взгляд машинально коснулся его восхитительной обнаженной груди, пытаясь отыскать там кое-что.
Ту самую маленькую татуировку с моим прозвищем, переходящим в знак бесконечность. Ляля.
Но ее не было.
Приподнявшись на локтях, я подняла на Кирилла ошеломленный взгляд. Так вот в чем причина такого резкого перепада его настроения…
Знал, что я увижу.
— Ты ее свел, да? — не размыкая губ, ощутила, как горячие соленые слезы застилают глаза.
— Да, — тихо подтвердил он.
А моя все еще на месте… Под сердцем.
