— Тогда в чем проблема?
— Где только взять силы? Эта нахалка заявилась ко мне в ресторан и, мало того, что начала права качать, так еще и стала кругом рассказывать, что беременна от Воронова! Наверняка, все думают, что я злостная угонщица — увела его как бычка на веревочке! — мрачно усмехнулась, — Как со всем этим справиться, Егор? А потом, когда у нее появится живот… Представляешь, какие «показательные выступления» нас ждут?
Безруков опустил голову, рассматривая кремовые ростки на своей «картошке».
— Хочешь честно?
— Конечно!
— Я не вижу особой проблемы, Алин.
Я мог бы жениться на девушке, у которой есть ребенок. Меня это не смущает. — уголки его губ приподнялись.
— Безруков, ты свой нимб-то не забываешь протирать?
Он усмехнулся и покачал головой.
— Ну, всякие в жизни бывают обстоятельства. Мои родители же смогли полюбить меня, хоть я им и чужой по крови… И Машку еще родили! А сейчас надумали взять из детдома еще одного ребенка. Вот и я мечтаю о большой семье. Жаль только, до сих пор не встретил ту самую, с кем бы мог все это провернуть.
— он добродушно улыбнулся, залпом допивая свой чай.
— Да, действительно, жаль… Такой мужик пропадает! — искренне отзеркалила я его улыбку, — Неужели у тебя на личном совсем никого?
— Я завязал с одноразовыми свиданиями. — Егор вздохнул, — Все это «разнообразие» уже в печенках сидит. Может, нагулялся?
Настойчивая вибрация телефона в сумке заставила меня отвлечься от разговора с другом.
— Это Кирилл. Мы договорились созвониться перед сном.
Мне пора идти! И спасибо за пирожные. Очень вкусные, — я облизнулась, косясь на его недоеденную «картошку».
Да что ж за напасть?
— Хочешь, я закажу тебе такую с собой? Там в витрине еще много! — бесхитростно предложил друг.
— Спасибо. Но мне, правда, хватит! — чмокнув его в щеку, я поспешила в свой номер.
Приняв душ, я переоделась в пижаму, и, выключив основное освещение, включила ночник, забираясь под одеяло. Будто почувствовав, что я жду Его звонка, телефон настойчиво завибрировал у меня в ладони.
Миг, и на экране смартфона появилось усталое небритое лицо Кирилла.
Воронов сидел на диване в полумраке гостиной. Когда наши взгляды пересеклись, он подмигнул, салютую мне небезызвестной кружкой с жизнеутверждающей надписью «Сладкая попа».
Уже в третий раз он демонстративно пил из нее чай во время нашей ночной болтовни, и сегодняшний вечер не стал исключением.
— Ты одна? — поинтересовался Кирилл словно, между прочим.
