Потом. А сейчас — вон, я сказал!
— Не тронь ее! — взревел Добрыня.
— Яра, уведи его, ради всех Богов. Иначе не сдержусь.
— Командир, не гоже так!
— Драг! Прошу, не обижай девочку…
— Оставь нас, Яра, — тихо и страшно попросил волхв. И даже она не посмела ослушаться. С трудом увела дружинника и закрыла за собой дверь.
Лера, пока внимание разгневанного волхва переключилось на других, плавно отступала к стене, надеясь все же добраться до выхода и попробовать удрать. Если уж сама Яра не смогла его остановить… Страх и ярость сплелись внутри во взрывоопасную смесь, но сбежать — на тот момент казалось самым разумным.
— Стоять! — раздалось громовое, отчего она инстинктивно прижалась спиной к стене. А почему это она, собственно, боится? За что? Разве в чем-то виновата? Или может быть виноват тот, кто сейчас смеет на нее орать? Лера вмиг вспомнила, все услышанные про себя слова и выпрямилась, гневно задрав подбородок.
— Не надо на меня повышать голос!
Мужчина удивленно поднял брови на ее гневную отповедь.
Нарочито медленно подошел почти вплотную, поставив одну руку у ее головы.
— Как прошел день, мышонок? — опасно-мягко спросил он, — прогулялась, выпила… Может еще что-то было? — наклонил голову, словно изучая ее, как диковинное насекомое.
— Может и было. Тебе какое дело?
— Значит — было, — медленно протянул волхв, — и как парнишка? Не подвел? Сколько оргазмов?
Маленькая правая ладонь взлетела для пощечины и была мгновенно перехвачена.
Драгомир, криво усмехаясь, прижал пойманную руку над ее головой, заставив яростно, но беспомощно затрепыхаться. И тут его взгляд упал на браслет."
"— Это что, подарок⁈ Вот эта деревяшка — за секс? Как же дешево он тебя ценит. Такого даже дворовым девкам не дают. И тебе не надо! — усмехнувшись еще шире, волхв коснулся пальцем вещицы и… мелкой трухой осыпалось на пол ажурное украшение. Лера неверяще подняла глаза, медленно проследила как песчинки опадают на доски пола… И тут ее словно выключило.
Весь яростный запал погас, она поникла и безжизненной куклой сползла по стене на пол. Драгомир не стал ее удерживать.
— Что ты наделал? — с болью прошептала девушка, трогая пальцами рыхлую кучку.
— Избавился от дешевки, — насмешливо бросил он.
— Ты хоть знаешь, что это такое — всю жизнь быть невидимкой? Когда тебе хочется нравиться — а ты «бледная моль» или «нищий скелет». Потому что страшная и ходишь в обносках.
