— Куда? Без поцелуя не уйду, — Драгомир быстро притянул ее к себе и нетерпеливо поцеловал. Усиливая напор и входя во вкус. Еще и еще, не в силах насытиться, — моя, только моя, слышишь?
В ответ она тихо смеялась, наслаждаясь ласками его губ, его языка, сильных рук.
— Лера, мне же идти надо, — бормотал, не в силах оторваться, словно стремился выпить ее досуха.
— Так иди, — довольной кошкой мурлыкала она, подставляя лицо под поцелуи.
— Все, ухожу. Ну, почти. Еще разок, нет, два.
— Иди! — девушка нехотя отстранилась и только сейчас он посмотрел в ее глаза.
Колдовские, янтарные, в которых плясали алые языки пламени. Вот и все. Значит, в полную силу вошла огневка. Немудрено! С такой силой схлестнулась, по самому краю прошла. Жизнью своей рискнула, но пожар городской усмирила. А даже если и в полную силу вошла — ну и что? Нет ему никакого дела.
Драгомир с нежностью провел пальцем по испачканному сажей лицу. Прекраснее которого для него не было. Костяшки пальцев прошли до подбородка, обхватив его и притянули для еще одного нежного, головокружительного поцелуя.
— Из-за тебя меня ждет ледяная ванна.
— Почему?
— А сама как думаешь? — жарко полыхнули серые глаза.
— О! — Лера настолько густо покраснела, что он не смог удержаться от добродушной усмешки.
— Хочу, чтобы всегда так краснела. Но только для меня, — коротко чмокнув ягодные губы, Драгомир вышел из ванной. Строго глянул на челядинку, что дожидалась за дверью. Та мелко закивала, без слов понимая молчаливый приказ.
Лера страшно смутилась, когда к ней, лежащей в ванной, постучалась и вошла служанка.
Резко села, сжав руками колени. Женщина услужливо положила принесенную одежду и полотенца, стараясь не смущать незнакомку.
— Ежели что другое из одёжи надобно — я мигом принесу.
— Не стоит. Можете идти. Можешь…
— Али еще что госпоже угодно? — поинтересовалась пожилая женщина, добродушно улыбаясь. Гостья не кичилась, не ругалась, лишь испуганно опускала такие странные огромные глаза.
— Если можно, что-то из еды, — робко попросила Лера.
— Солодкого желаешь? Али чего посытнее?
— Куска пирога будет достаточно, — Лера прислушалась к себе и удивилась — привычного волчьего голода не было. Словно сыт ее внутренний огонь. А тело покормить — много ли нужно?
Служанка с поклоном удалилась за съестным. Лера же с удовольствием мыла голову и тело, избавляясь от гари и копоти. И думала. Немного отстраненно, будто и вовсе не о себе. И так вертела, и эдак… Понимала — нет из этой ситуации выхода.
