Мне только одно нужно…
— Что? — нахмурился мужчина, с непониманием посмотрев на нее. В ответ она встала на цыпочки, и сама обвила его шею руками. Мужские ладони немедленно оказались на ее талии.
— Пожалуйста, я хочу знать, как это… до конца… с тобой.
— Лера?
Она начала осыпать его лицо несмелыми поцелуями.
— Не отказывай, прошу. Иначе мне умереть смелости не хватит. А после тебя… когда с тобой… ничего не страшно.
Драгомир растерянно посмотрел на нее — такую отчаянную, такую желанную. Кровь мгновенно вскипела в жилах, но он держался, понимая, что у девочки шок.
— Лера, мы потом…
— Не хочу потом! Сейчас хочу! Тебя хочу, с тобой… — она лозою крепко прижалась к нему, нутром чувствуя, что не сможет волхв устоять. Потянулась и прижалась к его губам. Юркий язычок проник в его рот, лаская, оглаживая. Губы ласкали неумело, но так горячо и страстно, что он сдался. Последней искрой разума взмахнул пальцами, запирая дверь на засов, и со стоном приник к ней, перехватывая инициативу. Гори оно…! Он даст все, о чем его девочка просит.
Не разрывая поцелуя, подхватил на руки и понес в спальню.
Жадные, горячие, поцелуи кружили хмельную голову. Драгомир поставил ее на ноги, продолжая терзать поцелуями. А тонкие нетерпеливые ручки уже тянутся, неумело стараясь стянуть камзол с мужских плеч. Он отводит руки и стряхивает его куда-то на пол.
Волхв проходит цепочкой поцелуев по нежной коже щеки до ушка, прикусывая мочку. Девушка в ответ жадно втягивает воздух. Мужские губы спускаются по шее, перемежая поцелуи с крохотными укусами.
У нее такая нежная кожа, что хочется смаковать ее, как изысканное лакомство. Но в крови уже ревет бешеный огонь. Из последних сил он твердит себе, что нужно быть нежным. Нельзя в их первый раз вести себя, как похотливое животное. Даже если девочка тает от его поцелуев.
Тонкие пальцы несмело гуляют по его груди, осторожно изучая мужское тело. Я весь твой, малышка. Для нее он стягивает рубаху, подставляя всего себя под нетерпеливые девичьи ручки. Дает ей всего пару мгновений пробежаться по крепким мускулам груди и плеч.
От того, каким жадным нетерпением вспыхнули ее глаза, Драгомир едва не взвыл. Нельзя доводить до исступления одним взглядом! Жадно приникает к ее губам, ягодный вкус которых стал его личным приворотным зельем. Продолжая целовать, мягко подталкивает ее к кровати.
Опускается, увлекая огневку за собой. Бережно укладывает, ложась рядом. Девочка отчего-то на секунду вздрагивает. Настолько застенчивая? — мелькает в голове.
