Воровка, или Противоположности притягиваются[СИ]

— Вы от кого? — поинтересовался Иван Бугаев, прекратив свои попытки достать пистолет из-под подушки.

— От Алисы Пумановской, — хрипло ответил Седой.

— А, — протянул радостно Бугаев, — ну тогда отпустите меня. И Вовчику передайте, свою часть сделки я выполнил. Она на том свете обитает с недавних времен.

Я посмотрел на Седого. Сказать, что все присутствующие в комнате, за исключением Бугаева, были удивлены, это ни сказать ничего.

— Хреновый расклад, — прошептал мне Медведь.

Выхватив еще один нож из ножен, метнул в ногу Ванюши.

— Что за договор, — холодно спросил я. Руслан подлетел к оседающему на пол Пал Палычу.

— За что, — только и прошептал он, хватаясь за грудь.

— ..дь, на воздух его! — крикнул я. Медведь уже набирал номер телефона. Не сомневаюсь, что Марка.

Продолжая сверлить взглядом Бугаева, повторил заданный мной ранее вопрос:

— Я должен был позаботиться о его дочке в обмен на бабки и его место, — прохрипел он.

Подойдя к мафиознику вплотную, вынул ножи из его руки и ноги.

— Не стоило соглашаться, — прошипел я, — Забудь, что мы были у тебя, иначе вернемся.

Бугаев закивал. Развернувшись, пошел на выход. Парни без слов последовали за мной.

Через несколько минут мы садились в машины. Седой выглядел бледным, но уже дышал глубоко и ровно.

— За что, Игнат? — спросил он.

— Сами спросите у него, — предложил я, заводя двигатель.

— За что он так поступил с Алисой? — продолжал говорить он, не слушая меня, — Зачем он убил ее? Что она сделала ему?

— Пал Палыч, — глубоко вздохнув, начал говорить я, понимая, что если не скажу ему, что Алиса жива, старика хватит удар, — Он не убил Алису.

Седой потерянно смотрел на меня через зеркало заднего вида.

— Я искренне прошу прощения за свой поступок, но я не мог рисковать жизнью любимой девушки еще раз, — сказал я.

— Все-таки ты любил ее? — прошептал он.

— Люблю, — поправил я его. Несколько секунд он смотрел на меня.

— Алиса? — прошептал он. Я только кивнул.

— Она в больнице, — улыбаясь, сказал я.

Спрятав лицо в ладони, Седой вздохнул.

— К Пумановскому, — скомандовал он. Теперь перед нами был Седой, которого побаивались в наши армейские времена даже офицеры, старшие по званию.

К дому Пумановского мы подъехали в том же составе. Уже почти рассвело. Я вспомнил обстоятельства, при которых мы с Алисой покидали этот дом. Казалось, что прошло не несколько дней, а минимум полгода.