Ворожея

Из нечестивой пасти вырвался ледяной человечий хохот, а следом полезли слова:

— Неужто ты мыслила, что эта бестолочь сможет осилить цельный обоз?

Ворожея не спорила. Она сосредоточилась и постаралась распалить свой внутренний огонь ярче. С каждым разом на это требовалось все больше сил и времени. Все явственнее стала проступать слабость.

От жуткого протяжного волколачьего рыка по спине пробежал холодок, но Милава и не мыслила сдаваться, продолжая метать в оборотня сгустки мощи. Запахло паленым волосом.

Видать, наконец удалось разбить верхнюю защиту, невидимую для человечьего ока, но различимую для ворожеи. Значится, теперича каждый удар станет приближать к самому центру темной прислужницы.

Вот только и рыжий монстр не мыслил сдаваться. Боль его не страшила. Угодить черной богине было куда важней. Ведь неисполнение наказа грозило страшными муками, кои даже нечисть перенести не могла. Страшная пасть клацнула где-то совсем рядом. Милава снова пальнула огнем. Волколак отскочил, но тут же кинулся снова.

Она не поспела отпрянуть. Огромные мощные лапы сбили с ног, повалили наземь. Морда неотвратимо приближалась, обдавая мерзким смрадом. Ворожея забилась, но пытаться сбросить с себя такого зверя было равно попытке сдвинуть холм.

— Милава!!! — завопило разом несколько человек, в ужасе наблюдавших за страшной картиной.

Ворожея силилась сосредоточиться. Но накрывший страх не дозволял внутренней искре распалиться. Очи застелило пеленой.

Неужто все? Неужто конец? Милава вдруг ощутила легкость.

Поначалу она решила, что попала в Вырай. Но звериные рыки, то смешивавшиеся, то дополнявшие один одного, вразумили — ворожея все еще не покинула Яви. Она вскочила. Два рыжих волколака сошлись в дикой схватке: рвали шерсть зубами, драли друг друга лапами. Скулеж сменялся воем. Хохот накрывался рыком. Кузнец! Точно ища подтверждения своей догадке, ворожея поглядела на хлев. Тот распахнул черную пасть — ладная дверь сошла с петель и беспомощно валялась подле.

Милава уже нарастила в себе огонь, но тут же поняла, что применять его нельзя. Ведь он и в кузнеца угодить может. Девица беспомощно глядела на волколаков, свитых в огромный ком рыжей шерсти. Тогда ворожея призвала на помощь силу ветра и направила на зверей. Они взмыли вверх от потока воздуха невиданной мощи, но так и не расцепились. А лишь их лапы коснулись земли, как они снова принялись рвать друг друга.

— Батька! — завопил Цвет.