Восход багровой ночи

Алебарда вылетела из его рук и свалилась с помоста.

Бернард наградил парня мощным пинком, и Тимофей слетел вслед за своим оружием. Грузно брякнувшись на каменный пол, он задохнулся от боли.

Бернард, злорадно хохоча, спрыгнул за ним следом. Тимофей дотянулся до оброненной алебарды и схватил ее, затем резко крутанул вокруг себя. Лезвие ударило по ногам великана, и его штаны окрасились красным. Бернард с криком рухнул рядом с Тимофеем, и от его туши во все стороны брызнули огненные искры.

Тимофей из последних сил встал, покачиваясь, и прижал лезвие алебарды к мощной шее великана.

Бернард испуганно замер, распластавшись на полу.

– Тебе просто повезло! – процедил он.

– А тебе нет, – устало ответил Зверев, морщась от боли. – Так что, мне теперь нужно отрезать тебе башку?

– Нет, – сипло прохрипел Бернард. Его глаза испуганно расширились. – Кровь пролилась. Я сдаюсь…

– Черт. – Тимофей мутным взглядом огляделся по сторонам. – Почему зал кружится?

В следующий момент алебарда с лязгом выпала из его рук, а сам он, закатив глаза, рухнул рядом с Бернардом.

10

Исповедь Андронати

Беглый профессор Игорь Сильвестрович Андронати лежал в небольшой захудалой больнице в пригороде Санкт-Эринбурга. Стрелец и Козерог шагали по узким темным коридорам с грязными обшарпанными стенами, стараясь ни к чему не прикасаться. В таком местечке запросто можно было подцепить какую-нибудь заразу.

Когда они вошли в здание и направились к лестнице, никто их не остановил. Похоже, персоналу было плевать на посетителей, и это говорило не в пользу заведения.

Зато, чтобы скрыться от преследования, лучшего места не придумаешь. Никому и в голову не придет искать бывшего директора клыковского краеведческого музея в такой дыре.

Прежде чем войти в палату, оба скрыли лица под масками. Андронати тут же узнал символы Королевского Зодиака и побелел от ужаса. Старик испуганно заскулил и сжался в комок, с ужасом глядя, как они надвигаются на него. Небритый, исхудавший, лежащий в тесной конуре на старой железной кровати, всем своим видом он вызывал лишь жалость.

Но Стрелец не показал старику своих эмоций. Страх развязывает язык куда лучше проявленного к человеку сочувствия.

– Я вижу, вы знаете, кто мы, – глухо произнес Козерог. – Тем лучше. Не придется ничего объяснять!

– Что вам нужно? – просипел Андронати, вжимаясь в серую от времени подушку. – Вы сообщите обо мне в полицию?

– Мы не вмешиваем полицию в дела Зодиака! Проблемы Первородных мы предпочитаем решать самостоятельно.