Восхитительная ведьма

– И по каким же? – изогнула я бровь.

Вместо ответа он неожиданно обнял меня, с легкостью прижал к себе и перевернулся. Я сама не поняла, как оказалась на спине, а Олег, надо мной. Он навис, разглядывая меня и улыбаясь так, будто задумал что-то. Такой близкий и далекий одновременно.

– Это еще что?… – начала было я, но он закрыл мне рот поцелуем.

В первое мгновение мне хотелось оттолкнуть Олега, однако я сама не поняла, как стала отвечать на его поцелуй, делая это так жадно и неосторожно, будто это была наша последняя встреча.

Я потеряла над собой контроль, поддалась острому желанию, которое не покидало меня с тех пор, как я решила показать Олегу его место. Я отпустила себя и наслаждалась происходящим.

Я просто сошла с ума.

Мои руки оказались на его плечах, и я чувствовала, как напряжены его мышцы. Мне нравилось это. Нравились его жесткие губы с легким привкусом кофе, нравились его настойчивые руки, нравилась легкая щетина на его лице и даже то, с какой легкостью он оказался сверху, нравилось до безумия.

А понимание того, что у него от меня сносит крышу, добавляло драйва в этот странный поцелуй, который больше был похож на борьбу. Правда короткую. Олег вдруг отстранился от меня, а я разочарованно выдохнула короткое ругательство.

– Наверное, я слишком тороплю события? – сказал он насмешливо.

Он хотел дать мне возможность прекратить это, но была ли она мне нужна? Нет. Сейчас я хотела лишь одного. Этого несносного человека.

– Я не разрешала тебе останавливаться, – сердито прошипела я.

Одна моя рука оказалась на его шее, заставляя склониться ко мне, другой я взяла его за подбородок и поцеловала.

Сама. И он не смог устоять передо мной.

Мы продолжили. Это действительно было какое-то сумасшествие. Наше, общее, одно на двоих. Мы целовались как одержимые, до легкой приятной боли в губах, до головокружения, до нехватки воздуха в легких. В этом поцелуе не было нежности, только болезненная страсть. Наш первый поцелуй был похож на стремительный полет, и я не знала, что ждет нас внизу – замерзшие скалы или мягкая трава, нагретая солнцем.

Я не помнила, как оказалась полулежа на подушке. Олег, удерживая мои запястья над изголовьем кровати, оставлял на моей шее и ключицах влажные следы. Я кусала губы, потому что боялась. А вдруг скажу ему что-то теплое или позову по имени, как делала это мысленно? Вдруг он услышит в этом отчаянье, словно от его ласк зависело мое счастье? Я не помнила, как он оказался на моем месте, а я – на Олеге, упираясь коленями в одеяло.