Восхождение язычника 4

Он вышел из калитки в сопровождении Добрыни и парочки своих блинников, вслед за ним четверо дружинников тащили деревянное резное кресло. Его взгромоздили на деревянную площадку, и князь в него уселся, осмотрев толпу, он хмыкнул и махнул рукой.

Я же толкнул в спину Димитра, который заробел при виде князя. Все же на его подворье напали, он и должен говорить.

— Кхм, княже, на меня и моих близких напали, на тебя уповаю и прошу у тебя справедливости, — поклонившись, произнес Димитр.

— Грек, ты ли это, сказывай давай, что там у тебя произошло, — улыбнувшись, с интересом протянул Владимир.

— Напали на мое подворье, княже, — начал говорить мой друг. Но Владимир жестом руки остановил его.

— Ты сюда подымись, а то ничего не слышно, да и люди пусть послушают, чего у вас там произошло.

Димитр закивал, как болванчик, споро залез на деревянную площадку, предстал перед князем и начал рассказывать, фактически повторив то, что я говорил Добрыне. Как только Димитр закончил, князь перевел свой взор на толпу и медленно проговорил:

— Есть видоки этому, кто подтвердит слова его?

— Да, он все верно сказал, подтвердим, — раздалось из толпы.

И князь махнул рукой, призывая людей на площадку.

На площадку забралось трое. Первым заговорил здоровый детина, который и мне не уступит ростом:

— Здрав будь, княже, и вы, люди новгородские, — отвесил он поклон. — Сосед я Димитра, зовут меня Буйша, я на торг с утра собрался уже идти. Как за воротами шум и крики услышал, осторожно выглянул и увидел, как большая толпа в броне и с оружием ломится на подворье Димитра.

— Понятно, — протянул князь. — А вы что скажете? — обратился он к стоящим рядом.

— Все правильно Буйша сказал, на Димитра напали, и мы пришли к нему на помощь, — закивали они.

— И кто же этот глупец, что в моем городе подобное устраивает? — громко произнес Владимир.

Добрыня, до этого стоявший недвижимо рядом с Владимиром, махнул рукой и кому-то в толпе подал знак. И двое дружинников подскочили к Всеславу, схватив за руки, выволокли его к князю.

— Кто же ты такой, лицо вроде знакомое, а припомнить не могу, — пробормотал князь, внимательно всматриваясь в Всеслава.

Добрыня нагнулся к Владимиру и что-то прошептал.

— Значит, ты Всеслав, сын Людевита.