Восхождение королей

Они отвели взгляды.

Македон пришел не один. Две дюжины солдат пришли вместе с ним. Затем пришел Никандрос с еще двумя дюжинами своих людей. Затем появились факелоносцы, окрашивая сумеречную поляну оранжевыми отблесками пляшущего пламени. Мрачное выражение лица Никандроса говорило о том, что он был здесь, потому что Македону и его людям, возможно, понадобится противовес.

— Твои солдаты нарушили мир.

— Они будут казнены. — Македон сказал это после того, как бросил заинтересованный взгляд на избитого Виирийского мальчика.

Это было искренне. Македону не нравились Виирийцы. Как не нравились ему и его люди, позорящие себя на глазах у Вииирийцев. Македон не желал чуять ни дуновения Виирийского морального превосходства. Дэмиен видел это в нем, как видел и то, что Македон винил Виирийцев за нападение, за поведение своих людей, за то, что он был призван к ответу перед своим Королем.

Рыжий отсвет пламени был безжалостен. Двое из пяти солдат сопротивлялись, и их забрали с поляны в бессознательном состоянии.

— Доставьте мальчика в наш лагерь, — обратился Дэмиен к Никандросу, потому что он точно знал, что случится, если Акиэлосские солдаты принесут истекающего кровью, избитого мальчика обратно Виирийцам. — Пошли за Паскалем, Виирийским врачом. Потом сообщи Принцу о том, что здесь произошло. — Последовал резкий кивок повиновения. Никандрос ушел, забрав мальчика и несколько факелоносцев.

— Остальные свободны. Не ты.

Свет удалялся, и звуки затихали, исчезая среди деревьев, пока он не остался наедине с Македоном в ночной прохладе поляны.

— Македон с севера, — сказал Дэмиен. — Ты был другом моему отцу. Ты сражался с ним почти двадцать лет. Это много для меня значит. Я уважаю твою преданность ему, как уважаю и твою силу, и нуждаюсь в твоих людях. Но если твои солдаты снова причинят вред Виирийцам, ты столкнешься со мной, и между нами будет острие меча.

— Повелитель, — сказал Македон, склоняя голову, чтобы спрятать глаза.

— Ты ходишь по тонкому льду с Македоном, — сказал Никадрос на пути назад в лагерь.

— Он ходит по тонкому льду со мной, — ответил Дэмиен.

— Он традиционалист и поддерживает тебя, как истинного Короля, но не надо толкать его дальше.

— Не я тот, кто толкает.

Дэмиен не пошел в свой шатер. Вместо этого он направился к той палатке в их лагере, где ухаживали за Виирийским мальчиком.