Восхождение королей

Ночью она подсвечивалась факелами, которые бросали отблески пламени на стены, по периметру которых стояли скамьи и которые были увешаны оружием: кинжалами в ножнах и без них, перекрещенными пиками и мечами.

Дэмиен отпустил солдат, камердинеров и рабов. Затем он снял со стены самый тяжелый меч. Ему понравился его вес, когда он поднял его и, собрав тело, начал работать с ним, снова и снова.

Дэмиен был не в настроении, чтобы слушать споры или с кем-либо разговаривать. Он пришел в единственное место, где он мог дать физический выход тому, что чувствовал.

Пот впитался в белый хлопок. Дэмиен разделся до талии и использовал ткань, чтобы вытереть лицо и шею. Затем отбросил ее в сторону.

Было приятно делать мощные выпады. Чувствовать напряжение в каждой мышце, собрать все тело для единой работы. Ему нужно было чувствовать устойчивость и уверенность среди этих мерзких тактик, этих обманов, этих людей, которые сражались словом, тенью и предательством.

Он сражался до тех пор, пока от него не осталось лишь его тело: горящая плоть, клокочущая кровь, липкие струи пота; до тех пор, пока все не сконцентрировалось в единственной точке, в мощи тяжелой стали, которая могла принести смерть.

Лорен стоял в дверном проеме, наблюдая за ним.

Он не знал, как долго Лорен простоял там. Сейчас он тренировался уже около часа или больше. Кожа блестела от пленки покрывающего ее пота. Ему было все равно.

— Если ты настолько зол, — сказал Лорен, — тебе нужно сразиться с настоящим противником.

— Нет никого… — Дэмиен замолчал, но невысказанные слова повисли в тишине, угрожая правдой. Не было никого достаточно хорошо владеющего мечом, чтобы сразиться с ним. Не в таком настроении. В таком настроении, разгневанный и не способный остановиться, он убьет любого.

— Есть я, — сказал Лорен.

Это была плохая идея. Он чувствовал пульсацию под кожей, которая говорила, что это плохая идея. Дэмиен смотрел, как Лорен снял себе меч со стены. Он помнил, как наблюдал за тем, как Лорен владеет мечом во время его дуэли с Говартом, и его пальцы зудели от желания поднять свой собственный меч. Дэмиен помнил и другие вещи. Натяжение своего золотого ошейника от цепи в руке Лорена. Падение плети на свою спину. Удар кулака конвоира, когда его швырнули на колени.