, побывали в горизонтальном положении перед тем, как Бальтазар не почувствовал что-то…
— Как он догадался, что нужно положить твой телефон в мою сумочку? — спросила она сквозь ладони.
— Ви — умный парень. Он знал, что я тебя не оставлю.
— Полагаю, он нашел мои права и так узнал, где я живу.
— Без обид, но ему не нужно удостоверение личности, чтобы вычислить тебя. Что скажешь?
— Скажу, что он умеет пользоваться компьютером…
— Нет, я про смену гардероба.
Эрика обернулась…
— О, Боже.
Бальтазар выглядел так, будто его обмотали тканью как полиэтиленовой пленкой… и одежда была не только тесной, но и короткой. Талия была открыта на добрых четыре дюйма, рукава и штанины также были короткими. На ее теле всегда оставался простор «на вырост». Его же одежда от «Найк» превращала в рождественский подарок.
А как он будет выглядеть, если сорвать эту обертку…
Прокашлявшись, Эрика пыталась вернуться в колею.
— Прости, у меня нет ничего больше… Боже, ты огромный.
Он сложил руки в центре своей груди.
— Говоришь приятные вещи… стой, или ты сейчас о моем росте?
Покраснев, Эрика снова улыбнулась… и, Боже, ей нравилась эта пикировка. Она напомнила ей, как давно никто не делал ее такой… счастливой.
— Знаешь, — пробормотала Эрика, — вообще, это не должно быть так весело. Укрываться в моем подвале не пойми от чего.
Бальтазар подошел к ней, его гибкое тело скользило в пространстве. И остановившись прямо перед ней, он взглядом окинул ее с головы до пят.
— Не хочешь веселья? — сказал он, огладив ее лицо рукой. — Ну, можем в любой момент изменить настрой.
— На что? — выдохнула Эрика.
Его ответ был дан низким и эротичным голосом:
— Тебе решать.
***
Стоя перед Эрикой, Балз знал одно наверняка: в доме никого и ничего не было.
Его инстинкты молчали, а им он доверял больше, чем глазам и ушам.
Вдобавок к этому, сигнал затаиться был отменен, хотя всех воинов отозвали с поля… и Ви, который очевидно знал, где отирался Балз, и который был на прямой линии с Лэсситером, не предупредил об угрозе со стороны демона.
Ключевая мысль в том, что здесь они в безопасности на ближайшее время.
Пока он сам бодрствует. Он надеялся, что Девина не выпрыгнет из его снов как Билли Оушен.
— С тобой ничего не случится, я не позволю, — заявил он.
— А я беспокоюсь о том, что ты проведешь здесь весь день.
