За рулем минивена был социальный работник, и вместе с ней ехал еще один мужчина, который сломал ногу, играя в «баскетбол», и ему требовался гипс. За всю дорогу Рэйвин почти ничего не сказала. Мужчина и соцработник, с другой стороны, болтали о всякой ерунде, и это облегчение.
Единственное облегчение, которое она смогла найти.
Когда они прибыли в дом, Рэйвин извинилась и сказала, что хочет подышать воздухом. И собиралась вернуться в место, куда ее тянуло с того сна о книге. У нее была короткая передышка до того, как соцработница снова зайдет к ней с проверкой.
В ней кипел гнев и раздражение, они преследовали ее… и Рэйвин прекрасно понимала, куда вели эти эмоции. Поэтому она кивнула и направилась прочь от дома, к пустому полю. Под облачными небесами без освещения луны и звезд, ей накрыл зов, которому она не могла противиться, а также убеждение, что она не причинит вреда сострадательной женщине.
Хотя она способна на это. Если ее довести.
В связи с этим она испытывала еще один внутренний конфликт.
— О… и что же мне делать, — прошептала Рэйвин в ночи.
Вопрос не в том, куда ей отправиться. Она знала ответ. Она также понимала, что провоцирует вереницу чудовищных событий, осознание последствий которых должны были ее обездвижить. Но словно заколдованная, она не могла остановить то, что собиралась сделать.
Эта книга из ее сна не просто взывала к ней, она требовала найти ее. И Рэйвин знала, о чем ее просили, знала, почему книга выбрала именно ее…
— Я должен с тобой встретиться.
Рэйвин резко развернулась.
Увидев ангела с черно-светлыми волосами, ей сразу захотелось улыбнуться. Но потом она вспомнила, кем являлась на самом деле… И за кого он ее принял по ошибке.
— Здравствуй, — прошептала она.
Мужчина шагнул в ее сторону, и в темноте она видела напряжение на его лице и в теле. Он каким-то образом узнал, что она задумала? — подумала она, испытывая внезапный стыд. Он мог прочесть ее мысли?
— Я просто хочу, чтобы ты кое-что знала, — сказал он с мрачным выражением лица.
— Ты ничего не поймешь.
А может, и поймешь. Я не знаю.
— Что случилось? Что тебя тревожит?
— Я должен спасти двоих этой ночью. Я должен… пожертвовать чем-то, чтобы их спасти. И после этого все будет иначе. Для меня. Для… тебя.
В последовавшей тишине она была так поражена его внутренней красотой, что мгновенно забыла о своих проблемах.
— Я могу помочь тебе? — спросила Рэйвин.
— Нет, я должен быть один. — Казалось, он был преисполнен печали, и ей хотелось обнять его.
