Эрика попыталась сфокусироваться. Посмотрев на свою грудь, будто это чём-то могло помочь, она ничего там не обнаружила. Не было стальной цепи, оков, пресса. Но удушье и нехватка воздуха, а также наклон её тела, словно она висела в воздухе, были настоящими.
Пытаясь умом постичь непостижимое, Эрика подумала, что это не могло происходить на самом деле… в ином случае мир, в котором она жила, был ложью: тонкая завеса между ночным кошмаром и явью смазалась настолько, что она начинала верить в абсолютно немыслимые вещи…
Он доставал нож?
Когда её зрение снова закоротило, Эрика моргнула, чтобы сфокусироваться.
Он же не станет себя…
— Ты себя не убьёшь, — рявкнула брюнетка. — Ты разве не в курсе, что не стоит шутить такими вещами…
— Я не шучу. Мне плевать на вечность в аду, если я спасу её.
Резко дернувшись рукой, мужчина перерезал себе горло, кровь гейзером хлынула из его вены. Когда Эрика снова закричала беззвучно, он выдавил через ужасающее бульканье:
— Никогда больше.
Мужчина рухнул на колени, свет лампочки над головой освещал его как софиты на театральной сцене, ужасающий красный поток окрасил его чёрную куртку, покрывая то, что казалось издалека кобурой.
Но он не вскинул руки, пытаясь закрыть рану, никак не пытался исправить смертельную течь. Он просто смотрел с чистейшей яростью на место вверху и слева над Эрикой.
Она снова закричала, открывая рот широко, закричала до жжения в горле. Но ничего не вышло… в это же время звук его шумного дыхания сквозь льющуюся кровь был самым страшным, что она когда-либо слышала за свою жизнь…
— Ты, блин, издеваешься надо мной? — Пробормотала брюнетка с раздражением в голосе.
Словно люди раз месяц, а то и в неделю убивали себя у неё на глазах, принося тем самым лёгкое неудобство. — Да брось. Мы же в итоге встретимся в аду.
Пока мужчина истекал кровью, его лицо побледнело до цвета штукатурки, кожа приобрела матовый оттенок, который Эрика уже никогда не забудет. Потом он рухнул вперёд, падая на грязный бетонный пол с лязгом металла.
Боже… медный запах в воздухе.
Брюнетка прошла мимо Эрики, цокая каблуками, и встала над мужчиной. Вокруг его головы формировалась лужа крови, и женщина вытянула одну идеальную ногу, выставила модную туфлю и краем каблука начала что-то вырисовывать на полу.
Эрика пыталась проследить, что она делает.
Девина.
— М-да уж, — заключила брюнетка, закончив писать своё имя. — С тобой было приятно трахаться.
Потом она резко вскинула голову и посмотрела в сторону открытой двери в склад.
