Воспоминания о счастье

 — Ты балансируешь на острие ножа, Софи, и порезаться очень просто! Ты можешь сколько угодно считать себя незапятнанной, называя свое занятие эскорт-услугами, но другие будут думать иначе, поверь мне!

Его жесткий взгляд причинял боль Софи.

— Я думал, что смог донести до тебя эту идею, но, судя по всему, ошибся, верно? Ты по-прежнему работаешь в агентстве, и то, что ты явилась сюда сегодня, доказывает, что ты не поумнела. А может, и не поумнеешь! — Никос резко втянул в себя воздух и выдохнул. — Вчера вечером тебе банально повезло, Софи! У этого идиота Космо был выбор из готовых на все девушек, поэтому он не стал принуждать тебя к сексу! Но так не может продолжаться все время! Мужчина вроде Космо, считающий, что покупает себе женщину на ночь, не воспримет адекватно ее отказ!

Лицо Софи ничего не выражало.

— Я могу позаботиться о себе, — ответила она.

Ей хотелось вскочить со стула и убежать отсюда, но она не могла двинуться, пока Никос продолжал так смотреть на нее.

— Ни черта ты не можешь! — взорвался он.

 — Вчера вечером ты видела то, что доставляет удовольствие большинству мужчин, нанимающих тебя! Все, что им потребуется, чтобы одержать верх, — это алкоголь или что-то посерьезней плюс немного грубой силы. Ты же не думаешь, что кто-нибудь на вечеринках, подобных той, обратит внимание на твои протестующие крики? Тыдействительно хочешь быть накачанной наркотиками и изнасилованной?

Софи побледнела:

— Этого не случится! Я буду осторожна! Я буду держаться публичных мест, как это.

Но Никос был неумолим."

"— А что потом, Софи? Ты думала об этом? Что ж, я сделал это за тебя! Поэтому-то ты и сидишь сейчас здесь. Позволь объяснить. — Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить: — Ты можешь не заботиться о своей репутации, тебе может быть все равно, какого мнения будут окружающие о твоей работе, но подумай, пожалуйста, — теперь голос Никоса вновь наполнился язвительностью, — о том, что своими действиями ты создаешь проблемы для других.

Подумай о своем отце, Софи. Его ошибка заключалась лишь в том, что он баловал тебя, заставляя думать, что ты можешь получить все, что захочешь, и очень легко — достаточно только попросить. Но он бы не захотел знать, чем ты сейчас занимаешься. Да и какой отец хотел бы?

Тупая пульсирующая боль постепенно начинала стучать в висках у Софи.

— Он никогда не узнает об этом, — выдавила она в ответ.

Взгляд Никоса ожесточился.