Воспоминания о счастье

— Что тебе надо, Никос? Какого черта ты преследуешь меня? Какая тебе разница, что происходит в моей жизни?

Он внимательно посмотрел на нее:

— И ты спрашиваешь об этомменя?

На миг их взгляды встретились, погрузив Софи и Никоса в пучину воспоминаний…

— Никос, — выдохнула она.

Он не мог оторваться от ее сладких губ, не мог перестать прижимать ее к себе, ощущать, как колышется ее мягкая грудь и как отвечает на близость его собственное тело…

Никос попытался отстраниться, но потерпел сокрушительное поражение.

Софи была так мучительно прекрасна, что он не мог противиться ее красоте. Он знал, что и так уже зашел гораздо дальше, чем следовало, но оказался не в силах побороть свою страсть. Этим вечером они успели побывать на благотворительном ужине, и Софи выглядела столь ослепительно, что Никос не мог отвести от нее глаз. И когда он отвез ее домой, она сумела убедить его — дурака! — зайти на чашечку кофе. И сейчас, расположившись на мягком диване в гостиной, Никос заключил Софи в объятия, не находя в себе сил противостоять вновь вспыхнувшему желанию…

Но он должен это сделать! Софи уже намекнула, что отец уехал в Эдинбург по делам, поэтому было вдвойне опасно оставаться с ней наедине в пустом доме.

Но Никос так отчаянно желал ее! И поэтому, несмотря на все свои намерения не совершать того, к чему стремилась каждая клеточка его тела, он не ушел, не напомнил ей, что рано утром вылетает в Афины, и ему необходимо вернуться в отель."

"Софи прижималась к нему, запустив пальцы в его густые темные волосы, а другой рукой нежно проводя по его спине, и Никос знал, что она возбуждена не меньше его самого.

Но было бы безумием позволить этому случиться. Сущим безумием!

Но все же страсть побеждала, одолевала его. Он позволил Софи взять себя за руку и отвести в спальню. Никос отчаянно пытался остановиться, пока еще не было поздно, но она снова обняла его.

— Софи… Мы не должны… Мне надо идти…

Она уже ничего не слушала, поглощенная все возрастающим желанием. Кто-то из них должен остаться хладнокровным… ведь так?

— Никос… О, Никос! — Наполненный страстью голос Софи сводил его с ума! — Пожалуйста, не уходи… останься, прошу тебя…

Как он мог отказать ей, когда она молила о том, чего сам он так отчаянно желал?

И Никос позволил безумию поглотить его.

Позже он сполна заплатил за свое легкомыслие.

Софи лежала в его объятиях, ее шелковистые волосы ласково касались его груди, а быстрый ритм ее сердца постепенно приходил в норму.